— А, это брат Жлоб принимает епитимью, — всё с той же улыбкой ответил незнакомец. — Ему, бедняге, предстоит выпить не меньше двух литров виски, во имя Святого Мика, и принять все муки чрезмерного опьянения и похмелья, какие испытывал сам Святой, будучи искушаем этим напитком.

— Это ужасно! — совершенно искренне выпалил Огнеплюй и даже слегка вздрогнул.

— Вы правы, ужасно! — согласился незнакомец, вновь внимательно осмотрев рыжего великана. — Тем более ужасно, что брат Жлоб не пьёт, и никогда не пил алкоголь, даже когда ещё не принадлежал к нашей общине. Но он добровольно возложил на себя это наказание за то, что привёл в святое место исчадие ада!

— Кстати! — спросил Огнеплюй, несколько более поспешно, чем следовало. — Не подскажете ли, как нам найти тот молельный дом, где случилось это, м-м, происшествие?

— Но зачем вам? — удивился их собеседник.

— Мы хотели бы приобщиться особых таинств учения Святого Мика! — поспешила сказать Мегги, но смолкла под уничтожающим взглядом брата.

— Нам интересно взглянуть на место, где произошло такое удивительное событие, — почти не соврал Огнеплюй. — Ведь согласитесь — не каждый день среди людей появляется дьявол?

— Да… Действительно… — с некоторой расстановкой произнёс незнакомец. — Конечно, я расскажу вам, как туда пройти. Но если вы желаете приобщиться таинств «Полной отдачи», то вам придётся подождать до завтра, ведь сегодня вся группа на молебне в Соборе и поддерживает духовного брата Жлоба в его епитимье. Но завтра, после заутрени или после обедни, вы можете встретиться здесь с братьями и сёстрами этой части общины. Врядли они отменят свои собрания из-за того, что их лидер попал в больницу. Но если вы сегодня хотите удовлетворить своё грешное, но вполне объяснимое любопытство, то вам следует пройти вдоль сквера до пересечения с…

Он подробно рассказал, как им дойти до «молельного дома», расположенного в двух кварталах от собора Святого Мика, после чего пожелал встретиться со своими собеседниками во время завтрашнего собрания Общины.

Брат и сестра поблагодарили своего собеседника за столь подробный рассказ и поспешили откланяться, так и не узнав его имя.

Они не видели, как сползла с его лица приветливая дежурная улыбка, и как по его знаку, откуда ни возьмись, появились два добрых молодца атлетического сложения, согнувшиеся перед сухоньким невзрачным человечком в почтительных позах.

— Слушай, Огги! — заговорила зелёная драконесса, когда они уже вовсю шагали вдоль бульвара. — Как ты думаешь, она действительно хотела подработать, э-э, таким способом?

— Врядли! — пожал плечами Огнеплюй. — Конечно, изрядной долей её натуры является непредсказуемость, но у неё человеческие представления о любви и верности, а Драську она любит, в этом сомневаться не приходится. Но дело не только в этом. Внучка не так воспитана, чтобы запросто податься в проститутки.

— Но ведь ты же сам говорил, что в этом нет на самом деле ничего плохого?

— Говорил. Гипотетически! Кстати, в древние времена в человеческих цивилизациях так и было. В Вавилоне, в Этрурии и позже, в тех же Афинах. При этом люди были здоровее, о чём сейчас можно только мечтать. Но теперь общество со своими предрассудками, низвело нормальное явление до состояния низменного и противозаконного. Среди людей те, кто этим занимается, считаются париями, а потому…

— А сам-то чего в такое дело полез?

— Что? Куда это я полез? Ты о чём вообще?

— О твоей вдовушке, с которой ты спишь за деньги.