— Хорошо. Помните, вы должны швырнуть их как можно дальше и как можно быстрее, — напомнила мужчинам Элайна и осторожно высунулась из-за стены, желая посмотреть, что делают воины Гринвелда.

Увидев, что они собираются поджечь еще один снаряд, она предупредила об этом своих людей. Все поспешно прижались к стене, чтобы огненные осколки не задели их. Когда же снаряд пролетел над головами, быстро заняли свои места. Мужчины бросились к бочонкам, по двое к каждому. Получилось четыре пары. Подняв бочонки с виски, они одновременно сбросили их со стены, потом снова схватили по бочонку и тоже швырнули их вниз. Пока они занимались этим, женщины взяли каждая по стреле, подошли к мужчинам и встали у них за спиной.

Убедившись, что ее приказание выполнено точно, Элайна снова подошла к стене и взглянула на англичан. Они были явно ошарашены таким поворотом событий. Сначала четыре бочонка шотландского виски перелетели через стену, свалились на недостроенную дамбу и разбились вдребезги, облив катапульту и стоявших возле нее воинов. За этими бочонками последовали еще четыре. Англичане растерялись. Элайна усмехнулась. Где уж им понять то, что она познала на собственном горьком опыте: виски — отличная пища для огня.

Обернувшись к своим людям, она увидела, что они разошлись по местам и вложили стрелы, приготовленные для них женщинами, в луки. Женщины быстро подожгли факелами наконечники стрел, обмотанные смоченными в виски полосками ткани, а мужчины прицелились и выстрелили.

Элайна снова взглянула вниз. Она дала мужчинам четкие указания, куда стрелять. Четверо должны были попасть в катапульту, двое — в переправу и еще двое — в баррикаду из щитов, которая, как надеялась Элайна, рассыплется. И мужчины не подвели ее. Первая стрела угодила в переправу, и та занялась таким ярким пламенем, что Элайна только диву далась. Огонь распространился вокруг с быстротой молнии. Другие стрелы попали и в катапульту, и в щиты одновременно. В ту же секунду вспыхнул сильнейший пожар.

Посмотрев на катапульту, Элайна с облегчением вздохнула: грозное орудие было объято ярким пламенем. За спиной у Элайны раздались восторженные крики мужчин и женщин. Победа! Элайна устало направилась к лестнице.

— Следите за англичанами, Рэбби. Если они что-то еще придумают, зовите меня. Остальные пусть спустятся во двор и тушат пожар, — добавила она.

Шотландцы озабоченно посмотрели вслед Элайне. И только когда она скрылась за дверью замка, начали выполнять приказ.

Войдя в комнату, где лежал Ангус, Элайна застала там мать и Джанну. Женщины убеждали старого воина оставаться в постели, однако тот и слушать ничего не хотел.

— Нет, вы будете лежать! — еще с порога услышала Элайна возмущенный голос матери.

— Миледи права, — вторила ей Джанна, удерживая хозяина за плечи. — У вас серьезная рана.

— Не рана это, а всего лишь царапина! А ну, дайте мне встать! — Заметив, что его крик не произвел на леди Уайлдвуд никакого впечатления, Ангус гневно взглянул на Джанну. — Я вам господин или нет! Вы будете меня слушаться?!

Служанка покачала головой:

— Нет. Вы сами сказали, что, пока не поправитесь, всеми делами в замке заправляет леди Элайна. А вы пока что не выздоровели.

В этот момент Ангус заметил Элайну.

— Ну, слава Богу, ты пришла, детка! Скажи этим мегерам, чтобы дали мне встать!

Услышав умоляющий голос свекра, Элайна улыбнулась. Щеки Ангуса пылали.

— Вы чувствуете себя лучше?

— Да.

Пощупав его лоб, Элайна с облегчением вздохнула: прохладный. Значит, Ангус раскраснелся не оттого, что у него жар.

— Хорошо. — Она сделала знак Джанне и матери, чтобы они оставили его в покое.