— Заноза, — повернулась она к Лине, — что из этого правда?

— Всё, — с усмешкой произнесла Лина, делая паузу, и графёнок победно заулыбался, — всё, начиная от удара ножом, он действительно был под полотенцем. Дальше ублюдок рассказал всё, как было.

— Заноза, без оскорблений, — повысила голос Зиера. — Рассказывай свою версию.

— Поужинав и выпустив Хима погулять, я забралась в бадью. Тёплая вода меня убаюкала, и я задремала, день был длинным, и я устала. Наверное, поэтому не услышала, как кто-то вошёл. Кроме того, я сказала Щенку, чтобы он забрал грязную посуду. А потом мои волосы намотали на кулак и начали меня топить…

Лицо графёнка побелело, но он удержал маску вежливого ленивого интереса — порода. Лина рассказала всё, как было, в мельчайших деталях, передала диалог, почти дословно. Все находящиеся в помещении смотрели на парня с брезгливостью, словно им под нос кучу свежего дерьма навалили, а они вынуждены нюхать, поскольку почему-то не могут отойти. Лица соучениц Гирона исказились в презрении, во взглядах трёх девушек полыхал пожар ненависти.

— Это ложь, — лениво заявил парень, — оговор.

Зиера бросила на Гирона быстрый злой взгляд, и тот заткнулся.

— Я верю тебе, Заноза, — после довольно долгой паузы произнесла магесса. — Такое выдумать невозможно. Кроме того, Борк поведал мне, что случилось с одной из моих служанок, пока я была в отъезде. Я не поверила ему, уж больно мерзкие вещи он мне рассказал, и собиралась утром допросить девушку под зельем правды, но в этом нет нужды. Как ты посмел? — вперив яростный взгляд в графёнка, звенящим голосом поинтересовалась магичка.

— Они девки безродные, — оскалившись, с презрением выдал Гирон. — Для чего они ещё нужны? Ну, поразвлекся бы я немного, но она же бешённая, она позволила себе напасть на аристократа, причём с оружием. За это по королевским законам положена смерть через четвертование.

Лина слушала и не верила своим ушам, неужели подонок уйдёт от возмездия, и титул его защитит?

И тут произошло то, чего она никак не ожидала. Зиера вскочила, красивое лицо магессы исказилось от гнева, её правую руку окутало фиолетовая дымка. Она взмахнула кистью, словно что-то стряхивала, в направления графёнка, и его голова окуталась фиолетовым облаком. Гирон даже дернуться не успел. Не прошло и секунды, как он забился в припадке, ноги его мотались из стороны в сторону, тело выгибало дугой.

— Не сдержалась, — неожиданно спокойно произнесла Зиера, — подонок. Привык на землях родовых, что выше него и отца его, графа ан Вирата, никого нет, и творил что хотел. А привычка — дело такое, от неё так просто не отказываются, а он тут уже полгода, заскучал.

Лина бросила взгляд на графёнка, фиолетовая дымка уже развеялась, и теперь тот полулежал в кресле с широко распахнутыми глазами, в которых была вселенская пустота, по подбородку на дорогой новенький камзол стекала слюна. Он дышал, но было видно, что разум покинул Гирона навсегда, и что не делай, не вернётся.

Зиера посмотрела на Лину.

— Заноза, мне очень жаль, что подобное произошло. Но я прошу всё, что ты тут увидела, оставить в тайне, остальные не расскажут, слуги под магической клятвой, девушки под другой клятвой, о тайне между наставницей и учениками. И только ты можешь выдать меня…

— От меня никто ничего не узнает, — заверила её Лина, — клянусь честью эстеры.

Зиера кивнула, похоже, ей это было достаточно.

— Хорошо, — прокомментировала магичка и посмотрела на мужчину со шрамом, которого Лине так и не представили. — Нокор, — обратилась она к нему, — убери отсюда это. Завтра возьмёшь карету и пару своих людей и отправишься во владения ан Вирата, доставишь ублюдка графу.