Успокоились шпионы только в тот день, когда в лагере незаметно и бесшумно появился Граф. Граф обрадовал новичков тем, что вещи благополучно доставлены в расположение лагеря, находятся в трех километрах, подвезти их ближе не было возможности, но их охраняет Мазайс.

С наступлением сумерек все участники отряда направились за вещами, оставив в лагере одного Коха, которому поручили приготовить торжественный ужин в честь Графа и Мазайса, так блестяще справившихся с чрезвычайно трудным делом: общий вес груза превышал полтонны…

К ночи мешки, тюки, чемоданы были доставлены в лагерь. Они были облеплены сырой землей. Но пломбы и печати целы.

Возле бункера выкопали новый тайник, куда и уложили все вещи, кроме рации Альвираса и аккумуляторов к ней: Альвирас попросил разрешения выйти в эфир, чтобы сообщить в «Норд» о благополучном приземлении.

А во время ночного пира Биль и Альвирас рассказали своим новым друзьям, что окончили в Англии разведывательную школу. На прямодушный вопрос Мазайса, зачем их понесло в эту школу, а не в какую-нибудь шоферскую или монтерскую, парни пожаловались, что испытывали тяжкую нужду, а подходящей работы не попадалось месяцами. Да если такая работа и находилась, так всегда рядом оказывался кто-нибудь, преследовавший их за то, что они отнимают хлеб у настоящих англичан. Они отчаялись в своих поисках, а в той небольшой латышской колонии, где они жили, проходу не было от «двинских соколов», которые призывали молодых латышей к активной борьбе с большевиками, хотя сами не стремились вернуться в Латвию с пистолетами за пазухой.

Говорили они откровенно, может быть, потому, что Лидумса, которого побаивались, не было. И вообще рассказывали о жизни на Западе без прикрас, не чувствовалось у них и той животной ненависти ко всему советскому, которую питали шпионы, так сказать, старшего поколения: «покойный» Петерсон, Вилкс, Эгле. Только Альвирас все же похвалился, что когда начнет самостоятельную жизнь, то еще покажет большевикам свой характер.

Рассказали они и о прошлой жизни в Латвии, но своих настоящих имен не называли. Во всяком случае, оба вели себя проще и более доверчиво относились к окружавшим их «партизанам». Возможно, это объяснялось их молодостью и отсутствием достаточного жизненного опыта, а может быть, и тем, что им надоело то всеобщее недоверие, которое испытали на себе, когда обучались в английской шпионской школе, где каждый был обязан доносить начальнику о любом проступке коллеги…

Альвирас откровенно рассказал, что имеет особое задание: он должен связаться с некоторыми националистами, проживающими легально. Для этой цели он надеялся лично встретиться с Будрисом…

7

На следующий день Альвирас вскрыл один из своих шифровальных блокнотов, а ночью впервые вышел в эфир. Его выхода, очевидно, ожидали с большим нетерпением, так как Альвирасу пришлось тут же начать прием довольно длинной радиограммы.

Англичане сообщали:

«В городах, список которых есть у Лидумса, за номерами 13, 14, 15 и 16 находятся важные аэродромы. Если Лидумсу удастся их увидеть, он должен запомнить длину беговых дорожек, их конструкцию. Он должен осмотреть типы и количество самолетов, которые там находятся, — истребители, бомбардировщики и прочее, реактивные или винтовые и сколько моторов.

Были бы благодарны за каждую информацию в отношении самолетов, аэродромов, армейских частей, особенно в городах № 1, 3, 5, 7. В городе № 7 имеются военные штабы. Здания их находятся на углу следующих улиц: Заводской и Ленинской и еще на углу Ленинской и одной из улиц, идущей параллельно Заводской (западнее ее). Прошу отметить, какие армейские подразделения находятся в них, и обозначения на каждой воинской машине, какую можно увидеть стоящей возле штабов.

В городе № 7 прошу записать все в отношении аэродромов, заводов, особенно описания самолетов, их типы и количество.