Эта радиограмма настораживала. Было похоже, что Том и Адольф на самом деле где-то отсиделись и теперь действуют довольно успешно. Лидумс даже выругал Будриса: «Эх, прошляпил этих сопляков!» Но сообщить о них Будрису у него долго не будет возможности. Остается один путь: осторожненько посеять настоящее недоверие к воспитанникам мистера Ребане, а заодно и самому Ребане прищемить его лисий хвост…

Большого Джона долго не было, — видно, он звонил от кого-то из начальства. А когда он появился, неся портфель, закрепленный металлической цепочкой за запястье руки, стало понятно, что отсутствовал он по важным делам. Да и держался слишком официально. Видимо, разговор с начальством был не из приятных.

Лидумс сделал вид, что ничего не заметил, и, пока Большой Джон отмыкал наручник портфеля, спросил:

— Скажите, мистер Ребане, Том сообщил, чем объяснялся перерыв в связи после условного дня выхода и до февраля?

— Меняли место пребывания, — сухо сказал Ребане.

«Ах ты, лиса, лиса!» — подумал Лидумс. Разве не хитростью и ловкостью отличалась лиса в фольклоре всех народов, избравших именно ее синонимом коварства? Интересно, что еще придумает Ребане-лиса для унижения Лидумса, Вилкса, Будриса и его группы? А Ребане как раз о Будрисе и заговорил:

— Мистер Джон, у Тома есть интересное предложение. Он и Адольф связались с двумя «национально мыслящими» латышами. Естественно, они произвели тщательную проверку этих лиц. Это бывшие служащие немецкой полиции времен оккупации Риги. Теперь им угрожает так называемое «разоблачение». Кого-то из подвергшихся в свое время преследованию они встретили в Риге и теперь опасаются ареста. В то же время они буквально начинены нужной нам, по словам Тома, информацией. Том просит разрешения перебросить их в группу «лесных братьев», о существовании которых эти лица знают. Он считает, что это безусловно преданные люди и могут принести известную пользу. Он просит у нас координаты Петерсона или Густава. Это поможет Тому и Адольфу завоевать доверие и этих лиц, и их друзей, что для них очень важно.

Большой Джон закончил возню с портфелем, сунул его в сейф и теперь с интересом смотрел на Ребане. Потом обратился к Лидумсу:

— Ваше мнение, мистер Казимир?

— Я думаю, у мистера Ребане есть и другие мотивы?

— Пожалуйста, мистер Ребане!

— Том полагает, что курляндская группа имеет прямые связи с нами через море. Во время очередной морской операции нам нетрудно будет эвакуировать их сюда, а это даст нам исключительно важный материал, который не может быть передан по радио.

Большой Джон задумчиво сказал:

— Предложение, несомненно, заманчивое. Мы имеем возможность спасти двух преданных людей от преследований Чека и прежде всего получить кое-что интересное… Что вы скажете на это, мистер Казимир?

— Меня занимает пока что только один вопрос. Мистер Ребане так рьяно отстаивал самостоятельность своей группы, что даже не разрешил Тому и Адольфу идти через группу Будриса. А теперь сами его воспитанники ищут этой связи. Я считаю всякое проникновение в группу Будриса непроверенных людей опасным. Дело даже не в том, кто они. Группа находится в тяжелых условиях постоянного преследования. А вдруг этим господам, уже давно отвыкшим от условий военного времени, такая жизнь придется не по нутру? Допустим, они захотят уйти? Естественно, мы не можем удерживать людей насильно.