«Так близко. Так близка уже цель. Это безрассудство — показывать свои реальные чувства, когда я так близок к цели».

Брандер отступил, чтобы легче было сопротивляться. После того, когда нельзя уже будет остановить события, тогда он скажет все, что скрывал почти тридцать лет, тогда он сделает то, что хотел сделать почти тридцать лет. Еще несколько подвижек — и Ричард может перестать существовать на этом свете. Брандер упорно двигался к цели. Он мог уже планировать, как все произойдет. Он хотел убить Ричарда своими руками, и он хотел, чтобы Ричард знал, как тщательно он обманывал его.

15

Карн пересек зал своей стремительной походкой. Едва поспевавший за ним личный телохранитель рысил сзади. Карн даже не взглянул назад, чтобы убедиться, что его распоряжения относительно Шарлотты выполняются. Он доверял леди Агнес, как доверял немногим. Можно было не сомневаться — Шарлотту без промедления возвратят в ее жилище. У Карна уже не оставалось времени, чтобы заниматься самой Шарлоттой, слишком много проблем свалилось на него из-за ее поведения. Он прекрасно понимал, что должен, хотя бы в общих чертах, за оставшиеся до летнего заседания Совета четыре дня составить себе план, как расхлебать всю эту кашу.

Карн с такой силой толкнул дверь библиотеки, что она ударилась в стену, и ее металлические части завибрировали, издавая отвратительный звук. Библиотека была пуста. Тан и Вейсман обычно приходили позже. Карн отпустил телохранителей, и они удалились, аккуратно прикрыв за собой дверь. Разумеется, в холле за дверью и перед его помещением оставались дежурные, так что непрошеный гость проникнуть сюда не мог. Карн знал об этом, и это иногда придавало ему уверенность, порой же вызывало отчаяние. Оно приходило обычно, когда груз необходимости постоянно быть начеку становился невыносимым. Тогда Карн жалел даже о том, что судьба привела его в Болдер. Если бы ему не пришлось вкусить той жизни, разве он чувствовал бы с такой силой, как ограничена его свобода? Люди в поместьях Болдера не убивают друг друга. Там появление нового соседа отмечают песенным конкурсом, выставкой лошадей или, в крайнем случае, устраивают соревнования на ринге. Тогда, правда, бывают и смертельные исходы. Здесь же смерть подстерегала человека постоянно. Душа жаждала спокойствия и отдыха. Карн грустно покачал головой. Он вернулся, таков был его собственный выбор. Он должен был вернуться, хотя имел право отказаться. Он не отказался.

Обойдя стол, он нажал кнопку и вызвал Вейсмана. Вейсман долго не отвечал, а точнее, его слуга не слишком торопился передать его ответ Карну. Фрем Курт Вейсман с сожалением извещал своего патрона, что, по крайней мере, еще пару дней он не сможет выполнять свои обязанности из-за свалившихся на него жестокого кашля, насморка и мучительной лихорадки, вследствие чего доктор Отнейл настаивает на необходимости два, а то и три дня провести в постели.

Карн долго вертел это послание перед глазами. Информация от разведчиков Дома Халареков была нужна ему сейчас. До Совета оставалось только четыре дня. Если Вейсман прохворает три… с другой стороны, до сих пор Вейсману случалось доказать свою преданность, он не жалел себя, даже будучи совершенно больным. Так что, если он не может встать с постели, дело, должно быть, и вправду обстоит скверно.

Карн бросил листок на стол, взглянул на него еще раз, затем прошел в другой конец комнаты и остановился перед маленькой сдвигающейся дверцей под лестницей. Набрав кодовую комбинацию на табло рядом с дверью, он подождал. Минуту спустя отрывистые гудки, не слишком громкие, чтобы не мешать работе в библиотеке, известили его, что все готово. Он открыл дверцу и нашел за ней дымящуюся чашу с клэгом и тарелочку с сосисками и булочкой.

Он взял салфетку и столовый прибор из встроенного шкафчика и понес свой завтрак к столу.

Усевшись, он откинулся на спинку кресла и на мгновение закрыл глаза.