С обнаженными клинками мы вместе со старостой и священником шли к чертову колодцу. Стоило Бушэ спуститься вниз как с ругательствами он пробил вход. Мы нашли откуда все началось и там же это должно было закончиться. Ласка приказала деревенским остаться они будут только мешать.

Запах сырой земли закончился почти сразу, стоило лишь сделать несколько шагов вглубь найденного подземелья. Голодные духи говорили мне, что они рядом. Они шептали, что впереди место боли и страха.

Таинственное красное свечение пронизывало весь водоносный горизонт под деревней. Теперь стало понятно, что творится с водой. Она изменилась. Мои глаза отчетливо видели в багровых отсветах воды. Всюду присутствовал слабый, но отчетливый запах железа. Запах крови забивал ноздри, а в пещере эхом разносилось легкое хныканье. Стоило нам шагнуть в кровавую воду как оно тут же стихло.

Габариты явно рукотворной пещеры позволяли свободно идти по трое в ряд. Воды становилось все больше и буквально через несколько мгновений мы уже шли по колено в воде.

Посреди неглубокого подземного озера, виднелась круглая насыпь. Над ней возвышался жуткого вида алтарь. Кровь медленно стекала с алтаря по специальным желобкам прямо в озеро, отравляя весь водоносный слой своей нечестивой силой.

Чем ближе мы подходили тем сильнее становилось багровое сияние алтаря. На жертвенной плите лежала молодая девушка, на ее теле было сотни порезов из которых кровь продолжала сочиться.

— Вы пришли. Все как он обещал. Я почти потерял надежду, но все его обещания сбылись. Я снова увижу свою дорогую жену… Увижу, как мой ребенок приходит в этот мир. Мне… осталось сделать лишь одно дело. — к нам медленно двигалась фигура в одежде крестьянина, его глаза были совершенно безумны. В руках он сжимал двуручный меч, такое ощущение, что тот был сделан из костей. — Крови не хватает, нужно больше крови и вы пришли. Кровь ведет вас, ягнят на заклание… — Стоило ему сделать еще один шаг и в его лбу расцвел болт из самострела Листа.

— Ненавижу, таких ублюдков. — произнес тихушник сплевывая в воду. — Тут чистить недели три и то не факт, что все уйдет без следа.

— Назад, — зарычал я, скорее почувствовав чем увидев, что происходит.

Кровь стремительным потоком стягивалась к телу мертвеца обволакивая его в кокон. Мгновение и из воды на нас уже летело кроваво-красное чудовище. Два метра ненависти и мышц.

Нюхачи в очередной раз подтвердили, что они мастера боя. Прежде чем тварь успела сделать хотя бы десять шагов, во все суставы урода воткнулись болты. Бушэ кувырком ушел от костного клинка и тут же вонзил свой каменный клинок в лапу чудовища. Вопль боли и ненависти оглушал. А рана на моих глазах стремительно зарастала. Глядя на лица товарищей я понял, что нам хана. Это нечто иное, совсем не шангару раз нефрит причиняет ему лишь боль.

— Попробуем его расчленить, может сработает, — в голосе Ласки не чувствовалось уверенности, но это не мешало ей стремительно атаковать.

Мы накатывались на него раз за разом нанося болезненные удары. Из его ран сочился ихор, но с каждым мгновением раны твари смыкались. Чем дольше мы сражались с отчаянием обреченных, тем больше мы понимали, что мы трупы. Нам просто не хватает сил, чтобы победить этого демона.

Первым рану получил Шен, но наплевав на нее он продолжал наносить яростные удары. Удары усиленные огнем и водой, прыжки по воздуху, атаки стихиями, мои товарищи не экономили силы колец пытаясь забрать жизнь демона.

С каждой новой раной мы слабели, каким-то неведомым образом мне удавалось оставаться без единой царапины. Дао Бушэ переломился от удара они и костяной клинок резанул ему через грудь.