Я быстро перешел в соседнюю комнату, осторожно раздвинул занавески на маленьком грязном окошке и выглянул наружу, пытаясь что-нибудь разглядеть в янтарном свете сгущающихся сумерек.

Примерно в двухстах ярдах от дома двое мужчин вели к нам Берта и Эйми. Те шагали с поднятыми вверх руками. Лицо Берта было искажено от ужаса. Бледное лицо Эйми превратилось в маску. Неожиданно она остановилась, ее тут же ткнули чем-то в спину, она поморщилась и пошла дальше.

Заскрипел гравий.

Один из мужчин был крупный и тучный, другой на голову ниже, жилистый. Оба выходцы из Латинской Америки, оба в ковбойских шляпах. Я видел их полчаса назад — в грузовичке, груженном удобрениями, который свернул в сторону на перекрестке.

Тогда я посчитал, что мне повезло — они помогли мне следить за Бертом.

— Что случилось? — крикнул из задней комнаты Уилли. Я бегом вернулся к нему.

— Два ковбоя ведут их под дулами пистолетов.

— Под кроватью, — сказал он, беспомощно размахивая руками. — Достань. Немедленно.

Уилли Бернс отдавал приказ. И совсем не походил на наркомана.

ГЛАВА 41

Компьютерное устройство, записывающее перемещения Алекса, стояло на приборной доске «сааба» Крейга Боска: аккуратный маленький приборчик с голубым дисплеем и принтером. Боск нажал на несколько кнопок, и приборчик ожил.

Человек девяностых: все, что ему требуется, под рукой.

Майло не нашел распечаток в доме Боска, из чего следовало, что он оставил их в офисе. Или у кого-то еще.

Пока Боск работал с компьютером, на экране появилась информация — колонки чисел, код, который Боск сразу же принялся объяснять. Он нажал на другую клавишу, и колонки чисел сменились рисунком. Векторы и траектории движения были наложены на географическую карту, причем картинка развертывалась с головокружительной скоростью.

Боск сидел на пассажирском месте «сааба». Майло освободил ему руки, но щиколотки оставались скованными, кроме того, он продолжал держать пистолет у затылка своего пленника.

Майло обещал отпустить Боска после того, как тот совершит свою долю благородных поступков на благо человечества.

Боск благодарил его так, словно Майло превратился в Санта-Клауса с мешком, полным подарков. Боск все еще был ужасно напуган, но продолжал улыбаться, улыбаться, улыбаться. И без конца сыпал техническими терминами.

Убивал время и заполнял молчание — тактика ведения переговоров в действии.

Наконец его пальцы перестали бегать по клавиатуре.

— Вот и все, дружище. Посмотри на большой крест — твой друг находится вот здесь.

Майло взглянул на карту.

— На большее ты не способен?

— Но это же замечательный результат, — оскорбился Боск. — Точность не менее ста ярдов.

— Тогда сделай распечатку.

С карманами, набитыми бумагами, Майло вывел Боска из «сааба» и остановился рядом с ним около задней части машины.

— Ладно, Майло, а теперь мы обо всем забудем, так?

— Так.

— Пожалуйста, Майло, развяжи мне ноги.

Настойчивое повторение его имени выводило Майло из себя. Он огляделся по сторонам, становилось темно. Пока Боск возился с компьютером, мимо проехала машина. Молодая женщина с длинными светлыми волосами в желтом автомобиле живо напомнила Майло фотографии, которые он видел в доме Боска. Однако она промчалась мимо, не снижая скорости, и вскоре скрылась из виду.

И на улице вновь стало пустынно. Благодарение Богу за отчуждение Лос-Анджелеса.