Евгения расставила колбы по местам, чтобы удобно было заливать в нужный момент в установку и не перепутать. Потом снова посмотрела на меня, но уже как-то по-другому. Во взгляде читались сомнения и недоверие. Но не к моей правоте, к другому.

— Мне кажется, что ты от меня что-то скрываешь, — неожиданно холодно произнесла девушка.

— И что, по-твоему, я от тебя скрываю? — удивился я, глядя ей в глаза, которые сейчас превратились в подозрительные щёлочки.

— Ты занимался этим раньше? — так же холодно спросила она. — Признайся честно! Я не люблю, когда меня водят за нос! Ведь ты сказал, что никогда ничего подобного не делал.

— Вот вам и здрасьте! — выдохнул я и развёл руками. — А какой великий смысл мне это скрывать? У нас в семье никто не занимался алхимией, но я раньше читал кое-что, а на практике впервые начал что-то делать именно здесь, в твоём присутствии. Я же говорю тебе, мне просто очень интересно всё это и память у меня хорошая.

Девушка ещё некоторое время мерила меня недоверчивым взглядом, но моё честное лицо возымело эффект. Женя вздохнула и немного расслабилась.

— Ладно, извини, — неохотно произнесла девушка. — Просто я очень не люблю, когда меня обманывают без видимых на то причин.

— Я прекрасно тебя понимаю, — кивнул я, улыбаясь. — Поэтому на тебя не обижаюсь.

— Хорошо, тогда давай продолжим, — сказала Евгения, улыбнувшись одними уголками губ.

Мне показалось, что её подозрительность улетучилась не полностью, словно она хотела бы мне поверить, но ей что-то мешало. Это вполне нормально, что сомнения ещё какое-то время цепляются за твоё сознание, но потом постепенно исчезают, чаще всего бесследно, когда не получают подтверждения в свою пользу.

Мы усердно и дотошно соблюдали технологию процесса возгонки эликсира, с невероятной точностью отмеряли необходимый объём дополнительных компонентов и реагентов. Учитывали даже коэффициент задержки части жидкости в сосуде, основанный на показателях вязкости и поверхностного натяжения.

В результате наших стараний в финишной колбе образовалось нечто странное. Фиолетовая и золотистая жидкости перемешались, но растворяться друг в друге категорически отказывались. Извивающиеся тончайшие прожилки теперь чем-то напоминали внешним видом дамасскую сталь.

— А он точно именно так должен выглядеть? — настороженно спросила Евгения.

— А я почём знаю, — пожал я плечами. — Мы всё сделали, согласно инструкции, подробного описания внешнего вида финальной жидкости там не было. Ну, точнее, было обозначено, что эликсир золотисто-фиолетовый, что я немного иначе себе представлял, как это выглядит. Может, это и имелось в виду?

Мои искренние сомнения при виде результата наших стараний, видимо, окончательно развеяли сомнения девушки во мне, как в начинающем алхимике, а не в скрывающемся профессионале. Она перестала коситься на меня, смотрела теперь больше как на равного, но не как на замаскировавшегося шпиона.

— Остаётся теперь только надеяться, что мы никого не отравим, — вздохнула Евгения, разливая эликсир по пробиркам. — Попробуем его эффект при случае.

— Хочешь, я его попробую? — смело предложил я.

— Ну, раз ты так говоришь, значит, уверен? — с лёгкой улыбкой поинтересовалась девушка.

— Уверен в том, что мы всё сделали правильно, а источник, где я взял этот рецепт, надёжный, — ответил я. — Поэтому очень надеюсь, что мы получили то, что нужно.

— Хорошо, — ответила Евгения, хотя мне показалось, что странный вид эликсира у неё такой же уверенности не вызывал.