Эта надежда была сейчас единственным светлым пятном. Король Бинк тоже пал жертвой Всадника, а у Ксанта снова появился новый король. Хамелеон же теперь придется оплакивать сразу двух мужчин – сына и мужа. Вот что делал с Ксантом этот коварный Всадник, и все ради необоснованной претензии на власть в волшебной стране!

– К сожалению, такое развитие событий можно было предусмотреть, – сказал кентавр Арнольд, как только улеглись разговоры о том, кто должен теперь носить корону, – как человек, который много работал с разными документами, я могу твердо сказать, что я знаком с официальными правилами. У Ксанта должен быть король, знающий волшебство. А наше законодательство специально не подчеркивает, что королем должен быть обязательно человек!

– Он может быть также и кентавром, – поддержала его королева Ирис, – те, кто когда-то составлял свод наших законов, не могли предвидеть, что корону Ксанта когда-нибудь наденет кентавр!

– Конечно, это так, – согласился Арнольд, – они ведь не могли предвидеть того опустошения, которое произвел в наших рядах этот ужасный Всадник! Если говорить откровенно, то это не только мое мнение. Где Совет старейшин из людей Ксанта?

– Роланд уже здесь, – отозвалась Ирис, – это отец Бинка и, соответственно, дедушка Дора. Он уже стар и дряхл, но его ум все еще при нем. Он вовремя успел выехать из Северной Деревни, до того, как манденийцы захватили ее. Я думаю, он вполне имеет право говорить от имени Совета Старейшин!

– Я сейчас же должен побеседовать с ним!

Привели Роланда, и король стал с ним разговаривать. Роланд был ровесником короля Трента, он был таким же бойким, как в молодости, только вот сила рук и ног и острота зрения были уже далеко не те, что в молодые годы. В годы относительной стабильности, при правлении Трента, Совет Старейшин стал скорее чисто формальным органом. Но сам Роланд тем не менее обладал очень сильной магией – он мог запросто превратить кого угодно словно бы в каменную глыбу.

– Роланд, я сейчас намереваюсь немного по-другому истолковать существовавшие и до меня законы Ксанта, – начал король Арнольд, – но мне нужно твое одобрение на это!

– Толкования законов! – запротестовала королева Ирис. – Зачем вы теряете время, болтая о разной чепухе, в то время нашествие может опрокинуть всю страну, не говоря уже о ее законах?

Арнольд спокойно посмотрел на нее и как-то терпеливо махнул своим седым хвостом.

– ...Ваше величество! – запинаясь, вымолвила Ирис. – Извините меня, нервы подвели!

– Так вот, мне нужно получить полный и обстоятельный ответ, каким он должен быть по всей форме, – снова начал Арнольд, – ну Роланд, что ты скажешь?

Глаза старика просветлели, он стал выглядеть как-то гордо!

– А каковы твои истолкования, Арнольд?

Аймбри заметила, как пожилые люди уважительно относятся к разным званиям и титулам, тем самым подчеркивая значимость королевской власти, что было так важно для того, чтобы Ксант сохранил-таки свое существование!

– У Ксанта должен быть король, который умеет обращаться с волшебными силами! – проговорил кентавр. – Само определение «волшебник» звучит довольно непонятно. В моем понимании, сила волшебства намного превосходит магическую силу обычного человека. Конечно, тут все очень относительно, тем более, что при отсутствии таких талантов королевская мантия с короной должны достаться тому, кто владеет хоть каким-то искусством магии!

– Согласен! – заявил Роланд.

– А в сложившейся ситуации твой собственный талант становится...

– О нет, не стоит, – яростно запротестовал Роланд, – я вижу необходимость выявлять и развивать новые таланты для обретения ими статуса волшебника, чтобы короли в нашей стране не иссякли, и я одобряю такое решение.