Жители Мандении, которые шли вслед за ними, разом отпрянули назад. Но они не были настолько глупы – они сразу догадались, что перед ними та самая река, с которой им уже пришлось недавно столкнуться. Жителями Мандении овладела нервозность.

Однако те враги, которые шли в задних рядах и не видели, как их соратники превратились в рыбу, не верили крикам, доносившимся спереди. Вероятно, они думали, что те, кто стоит впереди, уже утолили свою жажду и теперь шутят над другими, чтобы разозлить их. Тогда один из жителей Мандении выскочил из заднего ряда, разбежался и – бултых! – очередная рыбешка, всплеснув красным пером, скрылась в глубине на глазах у пораженных товарищей.

Эта сцена отрезвила жителей Мандении. Они немедленно выставили по берегам караулы, чтобы предотвратить дальнейшие потери в живой силе. Но потери эти были невелики – стать рыбами посчастливилось лишь дюжине манденийцев.

Люди из Мандении разбрелись по окрестностям, очевидно, подыскивая подходящее место для ночлега. И тут они наткнулись на баррикады и засеки из деревьев, возведенные накануне воинами Ксанта.

– Нам следует честно им показаться! – сказал Дор.

– Честно показаться! – презрительно скривился Гранди. – Ты безумец! – Тут голем смутился, вспомнив, что говорит с самим королем. – Я хотел сказать, – поправился он, – ваше величество!

– Я не меняю своего решения, – сказал Дор сухо и тут же окликнул кобылку: – Аймбри, не могла бы ты явить жителям Мандении какую-нибудь предупреждающую сценку?

– Сценка эта получится слишком невыразительной и нечеткой, – ответила кобылка, – они попросту не обратят на нее никакого внимания!

Король кивнул в знак согласия и тут же повернулся к человеку, который непосредственно командовал армией Ксанта: – Спроси солдат, может, кто-то из них согласится предупредить жителей Мандении, чтобы они не продвигались дальше?

– Я сделаю это сам! – сказал военачальник и отдал королю честь. Это был лысеющий, немного располневший человек средних лет, но он перед этим проделал колоссальную работу, собирая армию и обеспечивая ее всем необходимым, а также ведя такое огромное количество народу – целых сто человек! – на такое ответственное задание.

Военачальник скатился по склону холма, за которым укрывался король, на приличное расстояние, чтобы ненароком не выдать врагу его местонахождение. Он ползком подобрался к завалу и забрался на его вершину. Затем он, выпрямившись в полный рост, сложил ладони вокруг рта и громко крикнул: – Эй, из Мандении! Стойте!

Жители Мандении, шедшие в передних рядах, недоуменно уставились на него, очевидно, не понимая, в чем дело, а затем снова двинулись вперед, не обратив на предупреждение никакого внимания.

– Стойте, иначе мы атакуем вас! – снова закричал предводитель войска Ксанта.

Один из идущих впереди жителей Мандении быстро вскинул свой лук, положил на тетиву стрелу и со свистом выпустил ее в ксантского военачальника. Еще мгновение – и стрелы других манденийцев тоже засвистели в воздухе.

– Мы все-таки предупредили их, наша совесть чиста! – проговорил король Дор с сожалением. Он подбодрил военачальника, которому посчастливилось увернуться от первой стрелы и укрыться под специально устроенным для этого навесом из жердей.

Еще мгновение – и этот военачальник начал отдавать боевые приказы. Ксантские лучники подняли свои луки – и первые стрелы засвистели в воздухе. Большинство этих стрел не нашло своей цели, поскольку лучники за долгое время мира успели разучиться метко стрелять. Уже два десятилетия подряд им приходилось бояться всяких чудовищ, а не людей, к тому же качество всех проводившихся военных маневров тоже стояло под вопросом.