Что это за странный, приторно-сладких запах? — спросила Риана, нюхая воздух.

— Беллавид, — с отвращением сказал Валсавис.

Риана удивленно взглянула на него. — Но я уже видела беллавид раньше, — сказала она. — Это маленькое ползучее растение, растущее в пустыне, с грубыми темно-зелеными листьями и большими красивыми белыми цветами. Когда их высушивают, они обладают лечебными свойствами, и никогда не пахнут так.

— Сами цветы не пахнут, — согласился Валсавис. — Но это растение можно использовать совсем иначе, и я не сомневаюсь, что сестры-виличчи знают об этом. Но тебе, вероятно, об этом еще не сказали.

— Как именно? — спросила заинтригованная Риана. Она, говоря по правде, думала, что знает все лечебные качества и возможное использование почти всех растений Атхаса.

— Когда растение высохнет, его мелко нарезают, затем грубые листья беллаведа смешивают с семенами, и их них делают порошок, — объяснил Валсавис. — Смесь заливают вином и хранят в деревянных бочонках. Обычно для этого используется дерево пагафа, так как это придает смеси особый вкус. Такие бочонки выдерживают в течении определенного периода, и когда процесс завершается, получается окончательный продукт: душистая смесь, которую можно курить. Ее надо класть небольшими порциями в глиняные трубки, и после того, как трубку закуривают, дым вдыхают глубоко в легкие и задерживают там как можно дольше. После нескольких затяжек курильщик начинает испытыеать чувство глубокого счастья, эйфории. А после еще нескольких, у него появляются видения.

— А, так это растение вызывает галлюцинации? — спросил Сорак.

— Да, и его воздейстие разрушает человека, — сказал Валсавис, — вот почему оно так опасно.

— Как это получается? — спросила Риана, пока они шли по извилистой улице, а тяжелый, приторный запах бил из всех окон и дверей.

— Вначале чувство эйфории делает тебя очень счастливым и успокоенным, — сказал Валсавис, — твои видения ярки, интетресны и плавно перетекают одно в другое, ты как бы смотришь на мир через тонкий, прекрасный кусок прозрачного кварца. Ты испытываешь приятное тепло, которое медленно охватывает все тело и наполняет его сладостной истомой. Большинство людей ощущают легкое головокружение, которое быстро проходит. Ты становишься очень расслабленным и чувствуешь себя отделенным от окружающего мира, и думаешь о том, что никогда не испытывал такого спокойствия и чувства удовлетворения.

— Пока это не звучит очень опасным, — заметил Сорак.

— Это значительно опаснее, чем ты думаешь, — сказал Валсавис, — и именно потому, что кажется абсолютно безвредным и приятным. Если ты выкурил только одну трубку и на этом остановился, ты вероятно останешься цел и невредим, но это не так то просто сделать. Если ты выкурил хотя бы одну полную трубку — а иногда достаточно одной-двух затяжек — и у тебя появляется сильнейшая тяга курить дальше, искушение, которому трудно, почти невозможно сопротивляться. Вторая трубка увеличит уровень удовольствия и ты будешь видеть видения с самого начала. И в начале это будут приятные галлюцинации. Как если бы кто-то появился перед тобой, потом медленно растаял в воздухе, или могут появиться ноги, летящие по воздуху, а потом они могут превратиться во что-то другое, это зависит от каждого конкретного человека. Ты можешь увидеть твою мать или отца, или того, кто был твоей женой или любовницей, а иногда того, кого бы ты хотел любить. В воздухе закрутятся цветные полосы, а пылинки грязи запляшут и засверкают как брильянты. И чем дольше ты будешь курить, тем живее и интереснее будут твои видения. А после третьей трубки, если у тебя, конечно, не исключительно сильная воля и характер, ты обычно полностью отключаешься от окружающей тебя действительности.