— Та-а-ак. Русанова?

Женщина во все глаза смотрела на Николая. Тот даже смутился, не понимая как расценивать ее взгляд и с чего вдруг такое внимание к нему. Столько игнорировала, явно, но непонятно с чего ненавидела, а тут, здрассте!

— Вот и пойми женщину, — прошептал Сван, приметив немую пантомиму парочки.

— Сергеев? — обратился к нему Федорович.

— Не в курсе, пришел к финалу.

— Ладно, — протянул. — Пытать не стану. Отдых закончился: бегом на стрельбы!

— Лучше б на задание кинули, — проворчал Пеши, разворачиваясь к выходу.

— Правда, командир, сдуреть можно сидя на приколе, — поддержал того Сван, проходя мимо Ивана.

— Сколько можно-то воздух пинать? — проворчал Борис.

— Застоялись, да?! — рыкнул в спину ребят капитан. — Задание? Будет вам задание, — прошипел и прикрикнул на женщину. — Тебя тоже касается: на стрельбы! Бегом!!

Через час Теофил Локлей с ревизией памяти был отправлен на Родину, а Федорович атаковал начальство с просьбой вернуть группу в строй, пока бойцы со скуки дров не наломали.

Глава 8

Стася вернулась, бухнулась на постель в раздражении на себя и в слепой надежде, что ее все-таки услышали и подумала — уходить надо, искать ребят. Здесь она уже все что могла, взяла. И на парня покосилась — с ним расстаться придется, а не хочется.

Тео пил чай и уплетал зачерствевший пирожок, исподтишка поглядывая на нее.

— Будешь? — протянул вдруг кусок.

— Фрэша нет, — отрезала.

Парень аппетит потерял. Сидел не понимая, что вдруг с ним случилось и пытался вставший в горле комом кусочек проглотить. Смог. Чай выпил и проворчал:

— Меньше раскидываться надо. А то ты богатый: один фрэш Гаврику, с какой-то радости отдал, другой на игрушку потратил.

— А надо было под подушку спрятать?

— Да мне-то что? Но завтра позавтракаешь и все, а мог бы еще четыре дня питаться.

— Слушай, ты кроме еды и фрэшев своих о чем-нибудь еще думать умеешь? — села Стася, злить ее Тео начал. Завтра, послезавтра она уйдет, а он про какую-то ерунду говорит. И ничего его не меняет, ничто на него не действует!

— Например?

— О совершенстве линий каркаса ангарного строения!.. О красоте заката, о ветре и солнце, о том, какое счастье, видеть это, чувствовать. О своем будущем, о будущем людей, о том, что правильно, что нет. О душе своей!

— Делать больше нечего, — пробурчал.

— Ах, ну, да… Нет, серьезно, ты вообще о чем-нибудь думаешь или извилины напрочь атрофировались уже? — она была уверена Чиж как и Теофил играет определенную роль в событиях, замешан более серьезно, чем кажется. Еще бы угадать про себя. Она-то какого черта и там и здесь вмешалась, а теперь как обезьянка: налево умные, направо красивые, а ей хоть разорвись!

Тео исподлобья уставился на Стаса: есть у меня одна мысль — убить тебя. Лучше сейчас. Достал!

Рука ушла под одеяло, нащупала стоп-визуал, нажала кнопку.

— Лучше ты расскажи, что задумал на счет меня.

— О-о!.. Это уже паранойя.

Тео бы кинулся, прижал Стаса и выпытал и кто он и что, но только приподняться успел — Янош в комнату заглянул:

— Я это… Мимо проходил, думаю, дай загляну, может тебе тоже интересно.

— Чего?

— Во, — с довольной улыбкой вытащил из-под форменной робы плоский квадратный лист с четырьмя кнопками по углам.