* * *

Открыл глаза только через шесть часов. Пирога на кровати уже не было, я даже был раздет и укрыт одеялом. Голова все еще была шальная, но я взял себя в руки и потащился в ванную.

Приведя себя в порядок, спустился в кабинет. Все делал чисто механически, не включая голову.

Сел в кресло, долго смотрел в одну точку, и только потом позвал Алексу. Она появилась возле стола. Длинное, облегающее платье, открывающее вид на клановый знак, короткая стрижка и приятный макияж.

— Чем хотите заняться? — вежливо спросила она.

— Даже не представляю, — честно ответил я, трогая перстень отца.

Вроде выспался, а ощущения, будто я все еще лежу в кровати, а в кабинете сидит моя проекция.

— Сканирую ваши показатели, — сказала помощник и замолчала на минуту. — Все в норме, кроме малого количества силы в организме. Вам нужно еще отдохнуть. Не успеваете восстанавливаться.

— Постоянный расход, твоя правда, — вздохнул я. — А что делать? Код писать нужно, тебе питание нужно, переместиться нужно. Еще и думать приходится. А где вещи из сумки Дягилева?

— Оксана все принесла и оставила здесь. Позади вас, на окне.

Я обернулся и увидел аккуратно расставленные коробочки. Уже хорошо, не нужно бегать и искать.

На часах было всего пять утра. А раз есть время, можно разобраться с вещами матери. Я положил браслет с брошью перед собой и запустил визуализацию системы кода. Она повисла над столом, готовая раскрыть мне все свои тайны.

— Защита, слабая лечилка, бодрость, — перечислял я, глядя на символы. — А это что такое?

— Очевидно, привязка к ауре вашего родственника. Вижу схожую структуру.

— Да, ведь ими владела мать Тимофея, все верно. А раз я фактически он, то думаю, могу этими вещами воспользоваться. Алекса, подстрахуй, я попробую надеть их.

Дождавшись кивка помощницы, я осторожно надел браслет. Сначала я ожидал, что он, как и перстень, изменит размер, однако вышло все интереснее. Простая косичка из трех золотых прутиков не сжалась вокруг запястья, а начала темнеть и утончаться. Через секунд тридцать на руке красовался стильный и очень мужской аксессуар.

— Вот оно как, — я восхищенно цокнул языком, рассматривая витиеватое плетение насыщенного желто-оранжевого цвета.

Выглядело дорого.

Кожа под браслетом онемела, и стоило ее потрогать, как потекла кровь.

— Твою ж… — я дернул манжет на рубашке, но алых разводов на нем не оказалось.

И ни единой капли не упало на стол. Браслет все впитал, подмигнув мне золотыми искорками.

— Спасибо, отец, за предупреждение, — скривился я. — Брошь тоже нужно напоить кровью?

— Фиксирую резкое снижение количества энергии в организме.

— Еще и силу забрал, вот так номер, — зло процедил я, но снимать браслет не стал.

Трогать брошь — тоже. Потом, как восстановлюсь, возьмусь за нее.

Я развернулся и глянул в окно на занимающийся рассвет. В такой позе меня и застала зевающая Тень, которая бесшумно зашла в кабинет и плюхнулась напротив.

— Ты чего не спишь?

— Какой спать, мир в опасности, — лениво пошутил я.

— Глядя на тебя, у меня возникает ощущение, что ты в этой самой опасности, — усмехнулась Тень. — Давай я хоть кофе тебе сделаю.

— Кстати, а где мой пирог?

— Изъят до выяснений обстоятельств, — грозно ответила она и улыбнулась. — Рассказывай, как там Мосград?

— Стоит, что ему будет.

— Как дела в родовом гнезде?

— Все хорошо.

— Как-то ты отвечаешь без удовольствия, — обиделась Тень.