В трубке возникло растерянное молчание.

— Извини, Джон. Я просто пытаюсь уяснить ситуацию. У нас здесь дела обстоят довольно мрачно.

— У вас тоже неприятности?

— Китайцы засекли наше наблюдательное судно. Выражаясь морским языком, китайский посол гонит волну.

— Затевает скандал?

— Пока китайцы ограничились намеками. Но мы с тобой знаем, что это ненадолго. Я хотел бы услышать от тебя что-нибудь хорошее, прежде чем ты окончательно ввергнешь меня в тоску своим рассказом об очередном затруднении. Что дал твой визит в «Донк и Ла Пьер»?

— У меня три новости. Главный администратор Кри-юфф держит в своем сейфе что-то, что очень его тревожит. Он испугался, когда я спросил о связях компании с китайскими фирмами.

— Это две новости.

— Третья намного существеннее. В этом деле замешан кто-то намного более влиятельный — человек, перед которым отчитывается Криюфф и которому известно, что я сейчас нахожусь в Гонконге и как я выгляжу. — Смит рассказал о встрече с Криюффом и о том, как вернулся в кабинет, чтобы подслушать его телефонный разговор.

— Вычислить его антверпенского босса очень просто.

— Криюфф говорил по-английски, а не по-французски и не по-фламандски, поэтому я сомневаюсь, что он докладывал в Антверпен. Нет, кем бы ни был его хозяин, он находится здесь, в Гонконге. Мой светлый парик отчасти сбил его и Криюффа с толку, но рано или поздно они пришлют людей сюда, в отель. Мне нужны сведения об этом человеке, чтобы решить, как действовать дальше.

— Сейчас, когда в мире хозяйничают международные корпорации и холдинговые компании, мы не можем исключить, что бельгийские боссы на самом деле американцы или англичане. Но так и быть, я займусь этим вопросом. Что ты собираешься делать?

— Поесть. Для разнообразия — отведать что-нибудь изысканное. И выспаться. Целая ночь сна — редкое событие для меня.

— Я не сплю, и президент не спит.

— У вас в Америке утро.

— Это не имеет значения. Возьми с собой в постель телефон и положи под подушку пистолет. Я свяжусь с тобой позднее. Добрых тебе снов.

Ральф МакДермид считал самолет для высших руководителей компании — усовершенствованный «Боинг-757» с изысканным камбузом, отделанным вишневым деревом салоном и спальным отсеком — своим личным средством транспорта. Бесплатное пользование самолетом было оговорено в его сорокастраничном контракте, который, естественно, предусматривал также обычную долю акций, премии, щедрые выплаты при увольнении, страховку, членство в клубах, пользование автомобилями компании, домами и квартирами по всему миру.

Когда зазвонил телефон, МакДермид дремал, откинувшись на спинку кресла и задрав ноги, убаюканный мягким рокотом двигателей. Звонил Фэн Дунь.

МакДермид мгновенно вернулся к действительности.

— Где ты был, черт побери? — требовательным тоном спросил он. — Я трижды пытался связаться с тобой.

В голосе Фэна зазвучал лед:

— Я занимался поисками и много звонил по телефону, «тайпан».

МакДермид всегда подозревал, что Фэн вкладывает в это старинное почетное название оскорбительный смысл. В XIX веке китайцы называли «тайпанами» европейских и американских вольных торговцев, которые наживали огромные состояния в Китае и Гонконге, почти ничего не давая взамен.

Однако МакДермид не мог обойтись без Фэна, поэтому он лишь спросил:

— Что тебе удалось выяснить?

— Ли Коню пропала. Она находилась в отцовском доме, потом исчезла. Никто не знает куда. Ни ее слуги, ни сотрудники «Дракона».

МакДермид встревожился.