— Я никому ничего не позволял, — отрывисто бросил МакДермид. — Тем не менее им удалось скрыться.

— Что значит — «им»? — Голос принадлежал человеку средних лет. Спокойный, хорошо поставленный, властный.

— Ему помогал другой агент. Женщина. Мы думаем, она из ЦРУ.

— Вы так «думаете»? Это очаровательно.

— Не нужно сарказма. Нам не обойтись друг без друга. Вы — ценный член команды.

— Я остаюсь в деле, только пока о моем участии никто не знает.

— Все не так плохо, как вам кажется. В конце концов, ни Смит, ни женщина из ЦРУ не смогли повредить нам и нашему проекту.

— Неужели вас не беспокоит то, что ЦРУ следит за вами? — удивленно спросил голос. — Даже если их не интересует наше предприятие, они могли выйти на вас, проследив за информационными утечками из Белого дома. Это должно было чертовски встревожить вас.

— В сущности, утечки не имеют к нам прямого отношения. До тех пор, пока никто не знает, чем именно я интересуюсь и с какой целью, у меня нет никаких причин для беспокойства. К тому же у нас появились гораздо более серьезные затруднения.

— Например?

Поколебавшись, МакДермид все же решился сообщить дурные вести:

— Ю Юнфу жив. И его супруга тоже. И, что самое плохое, у них находится копия декларации, которая хранилась в «Летучем драконе».

Послышался разгневанный крик:

— Это ваш промах, МакДермид! Где они? Где эта проклятая декларация?

— В Китае.

Возникла продолжительная пауза. Казалось, человек на другом конце линии пытается взять себя в руки.

— Как это получилось? Ведь вы заверили меня, что документ сожжен!

Вздохнув, МакДермид посвятил собеседника в подробности.

— Два миллиона — мелочь, карманные деньги. К тому же я отдам их, только если буду вынужден это сделать.

— Вы не решите этим всех затруднений, вдобавок у нас нет никаких гарантий, что мы получим декларацию. — Человек на другом конце линии справился с потрясением, его голос вновь зазвучат ровно, едва ли не успокаивающе. Было очевидно, что он великолепно владеет речью и способен мгновенно принимать решения. Вероятно, он привык к публичным выступлениям. Рэнди уже почти убедила себя в том, что это политик, которому свойственна дипломатическая манера как можно меньше говорить и не выдавать своих истинных мыслей. Но этот человек не был Джаспером Коттом, за которым она следила в Маниле. — Как вы намерены действовать?

— Так, как они требуют. Но мы припасли для них несколько сюрпризов. Фэн уже подъезжает к Дацу.

— Если Ли Коню так умна, как вы говорили, она будет ожидать его появления. — Возникла пауза, и, когда незнакомец заговорил вновь, у Рэнди создалось тягостное ощущение, будто бы она уже слышала этот голос, причем, вероятно, недавно. — Я не уверен в том, что вы поступаете разумно, продолжая пользоваться услугами Фэна.

— У меня нет времени, чтобы искать ему замену. К тому же он не только знает всех, кто причастен к нашему делу, но и бывал в Дацу, осуществляя там какую-то операцию. Он имеет разрешение свободно перемещаться по территории Китая. Иностранцу очень трудно получить такое право.

Собеседник молчал, но Рэнди продолжала терзаться чувством, что этот голос ей знаком. Где она его слышала? Когда? Кто этот человек?

— С Фэном может возникнуть еще одна проблема, — сказал МакДермид. — К сожалению, довольно серьезная.

— Какая именно?

— Вероятно, он работает не только на нас.