За спиной послышалось, что-то отдаленно напоминавшее смешок. Но самому майору сейчас было не до смеха, хотя его верный друг с полной обоймой мирно покоился у него под мышкой в кобуре. Но ведь еще надо как-то его достать. Несомненно, тот, кто стоял позади него, заявился сюда тоже не с голыми руками. И у него есть преимущество, он держит Туманова под прицелом. В этом Федор нисколько не сомневался.

– Можешь медленно повернуться, – великодушно разрешил голос и тут же добавил: – Но не вздумай шевелить руками, если не хочешь, чтобы в твоей башке появилась дырка.

Федор не хотел, и потому сделал все так, как велел голос. И повернувшись, увидел того самого парня, который придержал для него дверь, когда Туманов входил в это здание.

На лице майора появилась разочарованная улыбка. Глядя в глаза парню, он кивнул и сказал:

– Зря ты не ушел. – Сказанное, выглядело как шутка, но видно было, что парень настроен слишком серьезно и не расположен сейчас к шуткам. А может и вообще. Федор вспомнил бугая охранника, дежурившего на воротах. Того тоже не удалось пронять шуткой. Может, все, кто работает здесь, запрограммированы на серьезный тон.

– Заткнись и слушай сюда, – резко выкрикнул парень, медленно подходя к застывшему майору. В правой руке он держал пистолет, с которым, безусловно, чувствовал себя намного уверенней. Все-таки, что не говори, а Туманов был выше его ростом и в плечах намного шире. Но пусть он дернется против пистолета.

Майор дергаться не собирался, и в ожидании дальнейших событий, настороженно смотрел подошедшему парню в глаза.

– Знаешь, какая твоя главная ошибка? – оскалившись, спросил парень.

Федор решил не отвечать. Скажешь, что-нибудь не так, этот идиот может обидеться. А, обидевшись, вдруг еще пальнет.

– Ты оказался слишком самоуверенным наглецом, – продолжил парень обличать Туманова, словно надеялся, что сейчас майор кинется каяться за свои грехи. Но вместо этого, Федор слегка усмехнулся, и это, кажется, особенно не понравилось парню.

– Чего ты щуришься? Хочешь сказать, что я не прав?

На это Туманов тоже решил не отвечать. Сейчас надо было найти у идиота с пистолетом слабое место. Он молод и не смахивает на опытного профессионала, который бы не стал возиться и тратиться на словоблудие. Профессионал бы сразу вызвал охрану. А этот заявился сюда один. Не понятно, на что надеялся глупец.

Слабым местом у парня оказалось неумение держать себя в руках. Такое бывает со слишком самоуверенными в себе, по молодости. А еще от злости. Но все вместе, это отрицательно сказывается на поведении. Вот и парень, теряя контроль над собой, сделал лишних пару шагов, остановившись на расстояние вытянутой ноги майора.

– Ты назвался Овечкиным?

Федор не ответил, и его игра в молчанку взбесила парня. Он шагнул еще ближе, чем доставил удовольствие Туманову, и Федор не сдержал улыбки.

– Чего ты лыбишься, урод? – заорал на него парень, – А знаешь ли ты, что я лично знаком с Овечкиным.

Такое откровение слегка удивило Федора. Вот, оказывается, почему этот франт вернулся.

– А еще я знаю, что его похоронили. И вдруг, объявляешься ты и называешься его фамилией.

На этот раз Федор решил ответить. Сказал:

– Извини, что твоей не назвался.

Парень чуть не задохнулся от нахлынувшей на него злости.

– Знаешь, мне твой юмор до балды. Кем бы ты ни был, но ты отсюда живым не уйдешь. Это я тебе обещаю, – проговорил парень и с левой руки врезал Туманову в правое подреберье. Несомненно, он целил в печень, но в самый последний момент Федор успел чуть двинуть корпус назад, и удар оказался неточным.