Усталость накапливалась, и, прибыв на базу, я сначала несколько растерялся. На поле рядом со взлётно-посадочной полосой стояли три временных ангара. Надо понимать, что детей держали где-то там. Сделал заметку на будущее — не доверять учёным надзор за детьми. Первым делом пошёл искать кофемашину, чтобы сделать себе самый крепкий чёрный кофе, без сливок, но с несколькими ложками сахара. Мне нужен запас бодрости ещё на пару часов, а там уже смогу и подремать. Надеюсь.

За размешиванием сахара меня и нашёл Хаммонд. После вежливого рукопожатия мужчина сразу выразил удивление:

— Мне ехать было всего часа три. Неужели на самолёте летел?

— Торопился, — не стал я отрицать очевидного. — Работы ещё очень много. И всё надо сделать вчера.

Смит улыбнулся:

— Я очень рад, что мы не ошиблись в тебе. Только вчера получил назначение, и уже есть дополнения. Это значит, что ты не без дела сидел, а прорабатывал вероятности! — наигранно хвалил меня Смит. — Что надумал?

Для начала я, не скрываясь, рассказал о привлечении Алекса, заодно упомянув, чего это стоило бизнесмену.

— Траск, значит? — задумался Смит. — Не самый плохой выбор. В его способностях я не сомневаюсь, но что насчёт его преданности проекту? Формальная продажа его холдинга только кажется благородной жертвой. На деле он получит ресурсы, сопоставимые с самые крупными корпорациями страны.

— Личная заинтересованность, — ответил я. — Возможность своими руками творить историю «супергероев» для него в приоритете над всем остальным. Бизнесменов толпа. А крёстный отец будущей «Лиги Справедливости» или «Мстителей», как уж мы там будем называться в будущем, это лицо единичное.

Смит одобрительно кивнул:

— Тогда согласен, человек подходящий, работать будет со всем энтузиазмом. Касательно ваших соображений, Джек, наша позиция однозначна. Только государственное финансирование. Твоя контора, в случае увеличения количества...

— Объектов. Временное название для удобства, — подсказал я.

Ещё один одобрительный кивок.

— Объектов, да, — Хаммонд потёр нос. — В твоих руках будет чудовищная власть. Пощади наши нервы, оставь рычаг влияния.

— Я понимаю, мистер Смит, — киваю, потому что ожидал чего-то подобного.

— Однако, — продолжил мужчина, — вопрос облика и репутации, поднятый мистером Траском, действительно требует пристального внимания, но хочешь ли ты заниматься ещё и этим?

Ещё вчера я бы честно признался, что нет, не хочу. Но аргументы, которые приводил Алекс, некоторые примеры, меня переубедили. И поэтому я не менее честно ответил:

— Да, хочу. Мы пришли к выводу, что облик нашей организации и наша репутация имеют едва ли не первостепенное значение. Нам нужно создать у обывателя чёткое представление, вписать новую строку в его картину мира. Если ты видишь врача, то знаешь — он может оказать медицинскую помощь. Полицейский защитит тебя от бандита. А герой защитит от всего вообще. И если с пожарным, например, ни у кого не возникает сомнений, кто он и чем занимается, то человека с суперспособностями имеет несколько неоднозначный образ. Культура уже придумала и супергероев, и суперзлодеев. Я ставлю перед собой задачу не допустить появления суперзлодеев. А для этого мне нужны инструменты.

Хаммонд поднял руки в жесте капитуляции.

— Я понял, у вас есть план действий. Хорошо. Тогда я могу предложить компромисс. Я предоставлю вам своего человека, финансиста. В его задачи не будет входить желание сократить вам финансирование или задавать глупые вопросы: «почему бы вам не придумать, как сделать это дешевле». Он будет вести бухгалтерию.