Мы выходим из стального ящика и останавливаемся рядом с охраной.

 — Так, парни. Первое — где у вас кафе?

 Мордовороты на парня не обращают внимания, раз я главный и его увожу с собой — значит, так и надо. Правда, с Элис такое же спокойствие было бы опасно, она, в теории, может и разум под контроль взять. Среди того, что я успел о ней узнать, был эпизод, где она довела какую-то девушку до панической атаки, внушив ей соответствующие эмоции. Однако сейчас понятливость охраны уместна.

 До этого молчавший мужчина коротко объяснил, куда идти.

 — Второе — пост снимаем. Дэвид под защитой, но жить будет в нормальных условиях. Где — ещё разберёмся, но здесь пост точно снимаем.

 — Есть, сэр, — подтвердили парни.

 А мы отправились на поиск кафе. Был соблазн обойти всех детей, но я пока не готов собирать их вместе. Надо познакомиться с каждым в отдельности. Проклятая импровизация! Дэвид молча шёл рядом, иногда посматривая на меня с нечитаемым выражением лица.

 — Я здесь первый день, поэтому пока не знаю, что где находится, — признался я, чтобы поддержать разговор. — А очень скоро, надеюсь, мы все переедем в более гостеприимное место.

 — Какое? — спросил мальчик.

 Не думаю, что ему действительно было интересно, скорее он вежливо продолжил разговор.

 — На секретную базу, конечно, — отшутился я. — космическую станцию для нас построить ещё не успели, так что база скромная, даже заурядная. Но для нас всё только начинается.

 Дэвид резко остановился, опустив взгляд. Я, естественно, тоже, повернувшись к нему.

 — Что такое?

 — Я людей убивал, сэр. — признался паренёк.

 Стоял, потупив взгляд. Мальчишка, способный стать нашим суперменом. Летать не умеет, лазерного и рентгеновского зрения вроде нет, да и пули пережить может далеко не все. Но даже так его потенциал оставался чудовищным.

 — Я тоже, — признаюсь. И, на вопросительный и несколько скептический взгляд Прайса, продолжаю мысль, — Да, по приказу. Но намного больше, чем ты, уж поверь.

 Если я правильно считываю невербальные сигналы, кого-то терзает чувство вины.

 — Меня папа научил. Преступник должен нести наказание. И никакое преступление смыть нельзя. Грехи всегда остаются с нами, и мы все ответим за них перед господом.

 Религиозный. В другой ситуации я обрадовался бы, вероятно, такому обстоятельству. Сейчас не уверен. Впрочем, за такие моральные ориентиры неизвестному мне отцу, конечно, спасибо. Надо попробовать разыграть эту карту.

 — Твой отец хорошо тебя воспитывал. Но, думаю, он говорил тебе, что право на попытку исправиться может получить каждый?

 Мальчик кивнул.

 — А у тебя есть возможность направить свои силы во благо. У всех вас троих. Я ведь тоже, если трезво оценить, немало зла принёс. Я это знаю, но божьего суда я не боюсь. Смиренно приму любое наказание. Главное: я буду знать — для защиты людей я сделал всё, что мог.

 Дэвид задумался. Надо дожимать.

 — Или ты не хочешь помогать людям?

 — Хочу! — тут же среагировал Прайс.

 Правильно среагировал. Ответ дал раньше, чем успел над ним задуматься.

 — Отлично. Тогда пошли за мной. Подумаем, как будем работать дальше. Лечь на землю и сложить лапки ты всегда успеешь.

 Кафе выглядело дешёвой забегаловкой, стоявшей на дороге где-то между Мемфисом и Сент-Луисом. За такие забегаловки, где могли перекусить сотрудники таких как эта, временных баз, комплексов и прочего, отвечал отдельный подрядчик. Кормили от базы к базе сильно по-разному, и я надеялся, что в этой удастся поесть и не отравиться.