— Левофланговая группа вступила в битву! — доложил её помощник, получив информацию от связистов, которые уже самостоятельно не могли докладывать из-за огромного объёма работ. — Противник в данный момент времени пытается сгруппироваться, по признакам может предпринять атаку всей своей группировкой в сторону недавно названной группы!

— Основной группе сместить вектор движения левее на десять градусов, при этом постоянно ведя огонь по тем силами противника, которые в данный момент находятся правее нас относительно носа нашего корабля, — слегка нахмурившись, перестукивая пальцами своей механизированной руки по подлокотнику, отдавала приказы Мира. — Авангарду усилить нажим, правому флангу сблизиться с авангардом, но при этом контролировать свой фланг, чтобы не допустить прорыва в данном направлении противника.

— Есть! — тут же по всем каналам разнеслась информация об отданном приказе, а на интерактивной карте начала появляться информация о текущих передвижениях своих сил и сил противника.

Картина складывалась более-менее благополучно. Из-за превосходства технологий противнику доставались весьма болезненные удары, а ответить он мог в редких случаях. Корветы, ясное дело, получали повреждения больше всех, сильнее всех. Уже через десять минут активного противодействия из общего количества в тыл отступили два десятка мелких кораблей. Часть из-за полной или практически полной просадки энергетических щитов, другая часть из-за повреждения внешнего слоя брони в достаточной мере, чтобы это можно было считать критическим перед уничтожением. Но даже так противнику просто некуда было отступать. Даже если корветы отступали… то они попадали в ловушку дальнобойных орудий крейсера.

— Когда будем применять тяжёлое вооружение? — тихо обратился к Мире её первый помощник. — Стрелки интересуются, так как уже давно держат под прицелом приоритетные цели.

— Щиты, — спокойно ответила она. — У кораблей противника динамические щиты. Могут просесть до полного обнуления, но потом энергия, которая была вложена в выстрел, конвертируется в энергию накопителей энергощита, из-за чего он восстановится. Ждём, когда по данным наших датчиков общее количество энергии щитов противника будет меньше двух пятых.

И это был ещё один неприятный момент их схватки. Да, сама победа была предрешена, уже больше половины мелких кораблей противника были уничтожены, из-за чего оголялись слабые места более крупных… но эта технология ранее не встречалась нигде. Ни один каталог не показывал таких сведений. Но она уже несколько раз видела, как щиты у фрегата противника полностью исчезали, корпус принимал пару попаданий из разных орудий… после чего щит восстанавливался в большей степени, чем это должно было произойти.

— Сделайте запись в бортжурнал о странности щитов противника, — предельно спокойно, стараясь скрыть свою настороженность, проговорила Мира. — Данная информация должна дойти до нашего штаба, чтобы в будущем учитывать при планировании операции.

Всё это время крейсер сближался с силами противника. Интенсивность огня по нему только возрастала. Но это была проверка на прочность. И чем больше было попаданий по щиту, тем больше уверяла саму себя Мира в том, что крейсер выдержит и более сложную битву, при необходимости сблизившись и с тяжёлым крейсером. Даже на какое-то время сможет задержать линкор противника. Но это мелочи.

Уже орудия малого калибра начали доставать до передовых кораблей противника, а это означало только одно. Пора приводить в исполнение главную часть плана.

— Приказ всем, — переключилась Мира на командный канал, который могли слышать капитаны вообще всех кораблей. — Сближаемся с противником.