Я спустился и замер у разкуроченной бронедвери. Дверь бункера просто лежала на полу, в куче битого бетона и арматуры, вместе с дверной коробкой.

Вот так просто? Дед, что за фиговый бункер у тебя?

Меня пробирала злость и тревога. Ноги стали подкашиваться, а в горле застыл ком.

Болт пошёл вперёд, внимательно глядя под ноги и по сторонам. В это же время он держал оружие наготове. Я тоже пытался, но сосредоточиться не мог.

В первой комнате мы никого не нашли, а вот в следующей на полу, в луже собственной крови, лежал охотник — Сергей Викторович.

Прежде чем осматривать тело, мы проверили весь будкер, но больше никого не нашли.

Я одновременно испытал страх и облегчение. С одной стороны — здесь моих родителей нет и это вроде бы хорошо. Может они ушли, отбившись от мародёров... Но с другой стороны — они могут быть в плену.

Пытаясь успокоиться и не наделать глупостей, я присел на койку. Болт, тем временем оценивал бункер или искал другие «сюрпризы», а Вася склонился над телом.

— Он ещё жив, — сказал здоровяк.

— Сергей Викторович, что случилось? — подбежал и я к нему.

Но тот не мог или не хотел отвечать. Да он едва дышал и пялился в стену. Даже голову повернуть не мог.

— Может его поднять нужно? На кровать усадить? — стал суетиться Вася.

— При ранениях пострадавшего лучше не двигать, до приезда медиков, — посоветовал Болт.

— Только вот медики не приедут.

— Всё... Нормально, — едва слышно сказал охотник. — Пить...

Я тут же метнулся к холодильнику, который не работал. Эти уроды даже генератор забрали. Хотя, почему «даже», вполне ценная вещь в наше время.

Кое-как, через кашель мы напоили Викторовича, придвинув и прислонив его спиной к стене.

— Уроды из особняка... — начал он говорить.

— Откуда они узнали, что вы тут?

— Какая-то девка. Вся избитая и запуганная, наверное, из местных. Она была с ними.

— Арина...

Вот что бывает, когда пытаешься исправить свои ошибки. Хотя сейчас стало ясно, что скормить её мутанту не было ошибкой. Такие люди не исправимы, так зачем я игрался в благородство? Нужно было в первый же день её найти и убить.

Злость разыгралась в моей голове, вперемешку с чувством вины.

— Что им было нужно? Они не говорили зачем приехали сюда?

— Искали какого-то Валеру...

— Валеру? — удивился я. — Не знаю таких. Может Вальтера?

— Может и Вальтера. У твоего отца нашли какие-то документы, связанные с ним. Ну и маму забрали с девочкой.

— Так они живы? Мои родители?

— Не знаю. Эти уроды могли запросто их убить.

— Как они вообще сюда попали? Это же бункер!

— Любую дверь можно сломать. Сначала они взорвать пытались. Потом вроде притихли, но через пол часа начали долбить бетон перфораторами и болгарками или резаком каким-то... Короче за два часа вынесли дверь. Всё в дыму было. Я наугад стрельнул, вроде убил одного или ранил. Но и и по мне очередью прошлись. Лучше бы я сидел в лесу...

Сергей Викторович замолчал, после долгой речи. На лбу аж пот выступил от усилий. Он прикрыл глаза и некоторое время сидел тихо. Но потом продолжил говорить.

— Батя тут осколок спрятал. Он с ним долго возился. Никого к столу не подпускал, говорил, что это опасно для уязвимых.

— Он держал осколок в бункере? Как вы не обратились?

— Там какая-то защита. Он в основном держал его в коробке. Иногда доставал для своих опытов, нам тогда хуже становилось. Но это ненадолго. Короче он там оставил записи, на всякий случай.