— Зачем он вам понадобился? — голос капитана стал ещё настороженней.

— Он мой старый друг, воевали вместе.

Несколько секунд была тишина, затем Лобов ответил уже без всяких подозрений, но немного тише:

— Вы где находитесь?

— Я же сказал, в зоне карантина.

— Приезжайте на блокпост, поговорим лично. Остановитесь за два километра строго на дороге, выйдете из машины, пройдёте километр до красно-белой линии и ждите сигнала.

— Ну я в общем-то не один.

— Сколько вас? Гражданские?

— Есть гражданские, есть военный.

— Приходи один, остальные пусть в машине. Если будешь не один — открываем огонь на поражение. Если пересечёшь черту без разрешения — открываем огонь на поражения.

— Добрые вы...

— У нас приказ. Всё, жду на блокпосте.

— Погоди, а где он находится?

— На дороге от Зорянска на Павлово.

— Понял. Конец связи.

Ответа дед не дождался. Да и вообще отношение военных пугало. Хоть это и не новость. Но сам факт, что с нами хотят встретиться лично уже радовал. Хотя это может быть ловушка. А с другой стороны, какая в этом выгода военным? Получить подопытного? Так они бы тогда не убивали всех подряд, а хватали бы их. В любом случае, если мы хотим отсюда свалить — нужно следовать инструкции.

— Ну что, дед, поедем?

— А что делать? Предлагаешь развернуться?

— Нет. Нужно хотя бы узнать, есть ли шанс свалить отсюда.

И мы поехали. Сверившись с картой убедились, что находимся в нужном месте. Зоринск как раз рядом с нами. Дорога здесь отличалась от остальных трасс земного пазла. Асфальт был немного получше, а большинство машин скинуты на обочину. До блокпоста доехали быстро и остановились, как и было сказано в двух километрах от него.

Дальше ехать и без указаний вояк, особого желания не было по нескольким причинам. Во-первых, на дороге лежали шипы, при чём объехать их нереально. Во-вторых, повсюду были воронки от прилётов артиллерийских снарядов или мин. По мере приближения к блокпосту плотность этих прилётов увеличивалась. Ну и третьей причиной было то, что находилось на самом блокпосте. А именно — множество танков и других бронемашин.

Да и сама стена впечатляла. Не представляю какие ресурсы были задействованы для её возведения в такие сроки. Стена представляла из себя сооружение из бетонных и металлических панелей, высотой метров восемь. Вверху полоса заострённых штыков, внизу колючая проволока, наверняка ещё и под напряжением. В десяти метрах перед стеной полоса противотанковых ежей. Несколько табличек, предупреждающих об опасности, минах и прочих останавливающих знаков.

Сама постройка на дороге тоже внушала. Высотой в трёхэтажное здание, с массивными воротами на рельсовом ходу. Перед зданием несколько дотов (долговременная огневая точка). На крыше множество антенн, в том числе спутниковых.

За стеной видны какие-то высоченные экраны, блокирующие то ли связь, то ли радиацию.

Всё это я рассматривал в бинокль в разных режимах. Включив тепловизор заметил несколько десятков человек в здании и даже на стене.

Если такое ограждение сделано по всему периметру, то выбраться без ведома военных или на прорыв вообще нет шансов. Это же сколько денег вбухали на это? Миллиарды...

Теперь стало ещё интересней, как натовцы обустроили свою линию обороны на подконтрольной им территории? Скорее всего так же.

— Ну ты уж узнай там всё, что да как и по чём. Только не говори им сколько у нас осколков есть. Да и вообще лишнего не говори. Скажи ничего не знаем, не понимаем, хотим свалить, готовы на всё, — наставлял я старика.

— Да знаю я, Код. Не учи отца е...ся.

— Давай, иди уже...

— И это... Если что — просто уезжайте.