Ларре Кассандре пришлось поднапрячься, чтобы Вериан позволил ей не только переступить порог его дома, но и увидеть свиток. Содержащаяся в нем информация напоминала записи в дневнике свидетеля событий Переселения. Вдовствующая герцогиня поначалу даже испытывала благоговейный трепет, прикасаясь и читая его. Но чем дальше, тем больше она испытывала множество противоречивых эмоций. Начиная от недоумения, брезгливости и неприятия, заканчивая сковывающим душу ужасом, от понимания того, с чем ей пришлось столкнуться. Иногда вдовствующей герцогине безумно хотелось закрыть свиток, применив к себе заклинание стирающее память, без возможности восстановления утраченных воспоминаний. И все для того, чтобы продолжать жить в неведении. И она бы с удовольствием это сделала, если бы не понимала, чем ее трусость грозит не только людям, но и возможно всей Эдее.

— Ох, Макс, во что же мы ввязываемся? — тяжело опустившись на стул, глухо спросила ларра Кассандра.

Глубоко вздохнув и собравшись с силами, она вновь погрузилась в чтение, изредка делая пометки на отдельном листе бумаги. Вериан ни за что бы не позволил ей скопировать текст, опасаясь повредить свиток, поэтому магине приходилось запоминать, а кое-что и записывать. И пусть дальше по большей части были лишь предположения автора, она была готова полностью с ними согласиться. Те, кто так привык к огромной и всеобъемлющей власти, легко от нее ни за что не откажутся, а на людей, да и остальные расы, им просто плевать.

«Если уж они не побоялись разрушить нашу прародину… — недовольно поморщившись, подумала вдовствующая герцогиня, но тут же мотнула головой, отгоняя от себя пугающие мысли. — Нет, сейчас не время об этом думать! Вериан дал мне всего лишь сутки, а я практически в самом начале повествования».

Минуты и часы «бежали» незаметно для сосредоточившейся на своем задании женщины. Помимо важных деталей, она записывала и свои мысли, и выводы насчет прочитанного, а уж прислушаться или отринуть их за ненадобностью будет решать ее старший внук.

Когда, наконец, тяжелая дубовая дверь открылась, свеча на столе практически догорела. Оглянувшись и со стоном выпрямив уставшее тело, ларра Кассандра приветливо посмотрела на своего бывшего одногруппника. Когда-то высокий, широкоплечий и буквально излучающий позитив мужчина, превратился в худое и бледное подобие себя с тусклыми, лихорадочно блестящими, воспаленными глазами.

При первой встрече, произошедшей спустя многие годы его добровольного затворничества, вдовствующая герцогиня ужаснулась его внешнему виду, с трудом признав в нем того веселого парня, бывшего душой компании.

— Я пришел позвать тебя на обед, — глухо сказал ларр Вериан, впившись взглядом в свою давнюю подругу.

— Благодарю тебя, — как можно мягче улыбнулась ларра Кассандра, с трудом подавив дрожь от этого взгляда.

Она всегда знала, что он питал к ней не совсем дружеские чувства, поэтому старалась держаться немного отстраненно. Но сейчас, находясь в его доме, скорее напоминавшем крепость, испытала чувство иррационального страха. Этот новый Вериан вполне мог сотворить то, после чего она еще не скоро сможет оправиться. И пусть ларра Кассандра была полностью уверена, что сможет защитить себя, терять друга ей не очень-то и хотелось.

— Может, тебе стоит отдохнуть? — неуверенно произнес мужчина, отступая в сторону и освобождая ей путь.

— У меня нет на это времени, — с сожалением ответила магиня, проходя мимо него. — Слишком важно мое задание.

— Я не ожидал, что ты будешь работать на императора, — немного горько усмехнулся ларр Вериан.

— Все мы, в той или иной степени, работаем на него, — философски заметила вдовствующая герцогиня.