— Ты как, командир? — обращаюсь к нему.

— Ещё чуть-чуть и выгорел бы. Вовремя армейские подкатили.

— Могли бы и быстрее, но с боем к вам прорывались, — пояснил Анистович. — Хорошие штуки багги, но незащищённые. Так что от серьёзной брони не могли сильно отрываться.

— Как там обоз? Что с Ритой? — спросил Аксакал.

— Жива. У неё только один холодный в группе… Ну и водитель ещё… А обоз под нашим прикрытием движется в сторону Чердыни. И нам, кстати, тоже пора. Не дай бог, Твари опомнятся.

Спорить с ним не стали и, погрузившись на «Сусликов», быстро догнали нашу потрёпанную колонну. Так и въехали в Чердынь. Глядя на её знакомые улочки, в груди возникло ощущение, что будто в родной дом вернулся. На базе всех раненых сразу же отправили в лазарет. Ничего страшного: много переломов, сильных ушибов. Но все бойцы встанут в строй. Кроме тех, кто остался в зоне… Четырёх машин недосчитались и всех танков сопровождения. Жаль ребят…

— Могло быть и хуже. Кроме майорской, ни одна машина с людьми не угроблена, — собрав на штабное заседание, вздохнул полковник Дамбаев, озвучив текущую обстановку дел. — Целая войсковая операция получилась, вместо обыкновенной доставки грузов и пополнения. Ох, и наглеют Твари! Не просто наглеют, а по-умному! Печёнкой чую: вот-вот рванёт… И не с нашей стороны. Все свободны, кроме капралов группы Аксакала. Сейчас выдвигаемся к армейским для серьёзного разговора.

Придя к «смежникам», я впервые имел счастье лицезреть командира армейской базы. В достаточно преклонном возрасте седоусый генерал мне не понравился сразу. Было видно по старым шрамам и отменной физической форме, что генерал не на «паркетных войнах» заработал свои погоны. Но вот глаза его… Апатичные, уставшего от всего человека, давали ясно понять, что мужчина своё уже отстрелял.

Я и раньше подобное встречал, когда человек внутренне выгорает, год за годом находясь в постоянном стрессе. И вроде винить его за это нельзя. Только нам от этого не легче. Серьёзные дела намечаются, а тут такое.

— Что, капрал, не нравлюсь? — грустно усмехнулся он, правильно истолковав мой взгляд.

— Никак нет, госпо…

— Не ври. Я и сам себе не нравлюсь. Сдулся граф Ленский… Лечить башку надо… Уже рапорт подал об отставке. Долго мурыжили с ним, но наконец-то подписали. Скоро прибудет мне замена со своим штабом. Новая метла по-новому метёт. Так что временное командование переходит к полковнику Шеллер. Уже перешло… Хотелось просто посмотреть на тех, кто всю зону Кентавров на уши поставил. Теперь пора. Удачи, сынки!

— Хороший он мужик, — вздохнула Шеллер, как только генерал покинул нас. — Раньше шороху на Тварей знатного наводил. Жаль, что все мы имеем свой срок годности. Главное: понять это вовремя и уйти, за насиженное кресло не цепляясь. Генерал понял.

— Кто на его место? — тут же поинтересовался Будда. — Кого столица присылает?

— Не знаю. Видимо, в Петербурге тоже до конца не определились, раз меня на эту должность временно запрягли. Честно говоря, думаю, что надолго задержусь на ней. Новой генеральской команде придётся на месте со всем с нуля знакомиться. А тут серьёзные делишки намечаются. Оставят проверенных, а потом уже и под новые реалии командование пришлют.

Ладно, переходим к делу. Аксакал, курсантов отдаю полностью под твой контроль. Сейчас из лазарета вернётся Темникова, с ней всё и согласуешь.

— Что с ней? — не выдержал я.

— Неприятное рассечение и лёгкая контузия. Не волнуйся: там на пару часов восстановления.