Когда наконец звуки смолкли, они молча поднялись на тропу, после чего без каких-либо дополнительных приключений вернулись в Бакли.

На берегу Гай остановился и стал смотреть на озеро, а Сара наблюдала за ним, сидя на низкой каменной ограде» и его силуэт казался ей сделанным из черной бумаги на Фоне темного блеска воды. Она все еще чувствовала себя окруженной его теплым живым присутствием, словно он излучал безопасность.

Наконец Гай повернулся к ней, и даже в темноте Сара поняла, что он улыбается.

– Мы встретились с контрабандистами, – спокойно сказал Гай.

– Да.

– Я подозревал об этом уже некоторое время, и не просто потому, что местные жители занимаются мелкой контрабандой – это можно встретить повсюду на побережье. Но здесь все гораздо глубже.

Он подошел и сел на изгородь рядом с ней.

– Среди прочего это объясняет покупку всех этих орхидей, которые так быстро умирают, но сперва успевают разорить многих. Поместье Норриса не может обеспечить подобных расходов, равно как и поместье Уиддона. Джек уверен, что ни у одного из них нет никаких других источников доходов, и никто из них не играет в карты.

– Ваш кузен лорд Джонатан?

– Мы с ним постоянно поддерживаем связь, и он способен на такие ухищрения, какие мне и не снились. У нас появилось подозрение, что здесь должно иметь место нечто особенное.

– А могут быть контрабандисты как-то связаны с Рейчел?

– Понимаете, среди господ, которые вели этот караван к берегу, были Хаук и Крофт.

Холодок пробежал по ее спине. Возможно, флибустьеры и притязают на имя джентльменов, но их занятие неразрывно связано с насилием. Контрабандисты иногда подвергали пыткам осведомителей или таможенников, а бывало, и убивали их.

– Да, – сказала Сара. – Я понимаю.

Гай, сидя рядом с ней, говорил четко и убедительно:

– Ни один садовник не смог бы долго заниматься контрабандой без того, чтобы его хозяин не узнал об этом, особенно если учесть, что эти господа забирают себе львиную долю прибыли.

Сара посмотрела на массивные очертания Бакли-Хауса.

– Вы думаете, что лорд Овербридж тоже занимается этим?

– Возможно – да, возможно – нет. Но я думаю, что Пирс и остальная прислуга очень хорошо знают, что происходит, и знают достаточно, чтобы держать язык за зубами.

– Так вот почему здесь все такие молчаливые. – Сара повела плечами. – Не зря лорд Уиддон так хотел, чтобы мы остались у него на ночь, – возможно, он боялся, что по дороге мы увидим что-то подозрительное.

– А вот я никак не думал, что встречу на дороге контрабандистов. – Гай усмехнулся. – И все же это раскрывает, по крайней мере, часть тайны, связанной со здешними местами. Здесь существует общий заговор конспирации и молчания, помогающий скрыть доходную беспошлинную торговлю; при этом занятые ею Хаук и Крофт могут с легкостью отвозить часть контрабанды в Лондон. Главные садовники тоже часто ездят посмотреть другие сады или купить новые растения. Это превосходное прикрытие.

В этот миг Сара невольно испытала легкое разочарование. Выходит, все, что они пережили этой ночью, не главное и Гай руководствовался какими-то более важными скрытыми причинами.

– Так вот почему мы пошли на берег? Вы надеялись увидеть доказательства и, возможно, новые следы или неровности на песке?

– Контрабандисты не оставляют никаких следов, потому что последний пони волочит за собой толстую ветку, Чтобы стирать их, а лодку, вероятно, разгрузили пару дней назад.

– Вы думаете, Уиддон заподозрил, что вас это интересует, и поэтому пригласил нас к себе в дом?

Гай пожал плечами:

– Очень может быть.