Еще одна горсть рассказов – это те, что много лет лежали в ящике стола, дожидаясь своего часа. Теперь им пришла пора явиться миру с изменениями, добавлениями и преобразованиями, которые позволяют издать их именно в этой книге. Иногда мне кажется, что, когда я их перечитываю, переписываю, перерабатываю, мой труд сродни ремонту старинного инструмента. Так по прошествии тщательного осмотра реставратор надеется, что скрипка вскоре зазвучит как должно, что раны, нанесенные ей временем в темноте футляра, не оставят неизгладимого следа, а руки опытного музыканта дадут ей новую жизнь и позволят заговорить на свой лад.

Есть тут и повествования, зародившиеся именно тогда, когда я приступил к работе над этим сборником. Со мной всегда так бывает. Составление книги будит во мне желание исследовать новые сюжеты, а те без особого стыда спешат занять место рядом с историями, в течение многих лет прозябавшими в ожидании возможности выйти на свет.

В последнюю очередь хотелось бы упомянуть рассказы, которых здесь нет (и в ряде случаев я уже не впервые решаю их не издавать). Читатель не прочтет их либо потому, что я решил, что публиковать их не стоит, либо потому, что мои близкие читатели, на правах друзей взявшие на себя труд отсеивать лишнее, те, кого я прошу читать все, что пишу, и с кем беспрестанно спорю, после продолжительных споров сумели меня убедить, что рассказам этим в сборнике не место, или же так беспощадно меня раскритиковали, что это заставило меня полностью пересмотреть какой-то из сюжетов и превратить его в нечто совершенно новое.

Без отсеянных рассказов не бывает и сборников. Если не верите, спросите Эдуарда Маркеса, давшего своему последнему (и замечательному) сборнику рассказов многозначительное название «Двадцать одним рассказом меньше», посвятив его таким образом тем рассказам, которые он решил в него не включать и которых читатель никогда не увидит. Тем сюжетам, которыми он пожертвовал для того, чтобы надежнее собрать пережившие чистку рассказы в одно целое.

Не будь у меня критиков, быть может, мне казались бы прекрасными любые мои произведения, поскольку родительская любовь бывает слепа. Именно поэтому так важен для меня труд моих верных и близких читателей, бескорыстных и беспощадных, мнением которых я дорожу уже давно, более трех десятков лет. «Раз уж мы договорились, что будем в этом деле соучастниками, так это навсегда», – заявил мне один из друзей-читателей в ответ на мой вопрос, есть ли у него желание тратить время и силы на этот новый сборник. В его ответе отражалась их всеобщая решимость. Они-то знают, до чего я всем им благодарен.

Матадепера, осень 2016 года