— Я все это время крепко спала. Во сне я увидела двух дерущихся мужчин, но не смогла разглядеть, кто они, было слишком темно.

— Ты увидела это не во сне, — сказал Уолт.

— Начало мне, безусловно, приснилось. Там все происходило в другом месте. Я не помню сейчас…

— А ты постарайся, — Энди склонился над ней, его лицо было сосредоточенным и напряженным. — Что это за место? Ты направлялась…

— Хватит! — Уолт взял чашку из рук Дианы и поставил на стол. — Нам здесь только толкователя снов недоставало! Ты же видишь — она так устала, что готова заснуть прямо здесь.

Он поднял ее на руки как была — закутанной в плед. Диана хотела возмутиться и объяснить, что вполне способна передвигаться самостоятельно, но слова не шли. У нее болели ступни, глаза слипались, а Уолт нес ее с такой легкостью, словно она была пятилетним ребенком. У него на руках она чувствовала себя согревшейся… Она почти спала, когда он положил ее в кровать и осторожно подоткнул по бокам одеяло своими огромными ручищами.

Дверь в кухню оказалась распахнутой. Приближаясь, она слышала их разговор. Очевидно, проспали в этот день все, потому что Мэри-Джо читала еще только вводную часть своей лекции:

— …Как двое малолетних хулиганов! Как вы могли позволить ей стоять там в одной ночной рубашке, пока вы колотили друг друга до бесчувствия?! А если бы она подхватила воспаление легких или того хуже… — Она осеклась, заметив Диану, и поспешила ей навстречу. — Садись. Как ты себя чувствуешь? Я приготовила завтрак. Вам нужно было разбудить меня. Дай-ка я посмотрю на твои ноги. Уолт сказал, что ты здорово поранилась. Конечно, ума обработать порезы как следует и забинтовать у них не хватило. Когда ты последний раз делала прививку от столбняка?

Она затолкнула Диану в кресло и сняла с нее сандалии в одно мгновение.

— Я заснула, и они успели только промыть ранки, — сказала она, зевая. — Не устраивай суеты из-за меня, Мэри-Джо. Я в лучшей форме, чем эти двое.

У Уолта опух глаз, а разбитая губа Энди придавала его лицу выражение капризного ребенка. Однако самыми неприятными повреждениями были царапины, оставленные ее ногтями на лице Уолта.

— Так им и надо, — пробормотала Мэри-Джо. — Вот тебе — мужики. Любую проблему с ходу начинают решать кулаками.

По своему настоянию Мэри-Джо обработала ступни Дианы антисептиком и забинтовала. Когда она закончила и повернулась к Уолту, он протестующе поднял руки и попятился.

— О нет! Только не йодом! Им уже никто не пользуется. Ты хочешь, чтобы я выглядел как последний идиот?

— А кто ты еще есть? — Мэри-Джо внезапно села, ее лицо посуровело. — Не понимаю я вас. Сначала деретесь, как два недоросля, а потом еще хихикаете по этому поводу. Разве вы не понимаете, что могло произойти с ней?

— Она могла упасть или налететь на дерево, — сказал Энди. — Ничего более серьезного. В этих краях, слава Богу, нет отвесных скал, с которых можно свалиться.

Его попытка угомонить Мэри-Джо полностью провалилась.

— Что значит, ничего более серьезного? Ларри все еще бродит где-то поблизости.

— Но тут его не оказалось, — заметил Уолт, хмурясь. — Он не может оказаться вездесущим, черт побери! Ты говоришь о нем, как о фантастическом суперзлодее из комиксов. Он не таков. Он даже не шибко сообразителен. Не ты одна — из-за него все мы стали вздрагивать от каждого шороха, шарахаться от любой тени. И я говорю тебе: мы переоцениваем его ум и еще сильнее — его храбрость. Я сыт Ларри по горло, и будь я проклят, если позволю ему и дальше держать меня в страхе!

Энди смотрел на Уолта расширившимися зрачками, словно его тирада была сравнима с Геттисбергской речью, но ничего не сказал.