После полудня Стил свернул на тропу, ведущую в лес, и вскоре они очутились на берегу небольшой речки. Проехав вдоль нее и углубившись в заросли хвойных деревьев, путники очутились на поляне.

Анабел замерла, потрясенная открывшейся перед ней красотой. С обеих сторон долину закрывали пурпурные горы. Впереди, до самого горизонта, простирались холмы и прерии. Это был райский уголок. На густых зеленых лугах цвело множество полевых цветов, и среди этого великолепия стояла хижина из бревен. Она расположилась недалеко от ручья, золотистые тополя и сосны окружали ее.

От восхищения Анабел не могла произнести ни слова. Она замерла, не в силах оторвать взгляда от бирюзового неба, позолоченных солнцем гор и маленькой хижины, утопающей в зелени.

– Пошли, – раздался рядом голос Стила.

– Мы здесь остановимся?

Он кивнул, и Анабел с трудом сдержала радостную улыбку. Он не должен знать, какое облегчение она почувствовала, готовая кричать от счастья. Внешне она оставалась спокойной и лишь со страхом подумала о том, что придется слезть с лошади, и боялась, что упадет в обморок прямо у ног Стила.

Но волнение оказалось напрасным. Соскочив с лошади, Рой подошел к Зорьке и, протянув руки, спустил Анабел на землю и, к ее изумлению, на руках понес к хижине.

– Что вы делаете?

– Вы ведь устали.

– С чего вы взяли? Я прекрасно...

– Леди, у вас такой вид, будто вы за один день перенесли столько, что другому хватило бы на целую жизнь. Я не хочу, чтобы вы упали в обморок и еще сильнее повредили плечо. Последние несколько часов из раны, не переставая, сочилась кровь.

– Вы... Вы знали об этом? Рой открыл дверь и вошел внутрь.

– Трудно не заметить, – сухо промолвил Стил, бросив взгляд на повязку. Только сейчас Анабел увидела, что бинт был красный от запекшейся крови.

– Оставайтесь здесь, – строго сказал Стил, опуская девушку на старый диван. – Я достану лекарства и бинты.

Сооружение нельзя было назвать хижиной в полном смысле слова: четыре стены, земляной пол и камин в углу. Но постройка была надежной, без трещин в стенах или в потолке. Здесь можно было укрыться от дождя и снега. У окна, выходящего на юг, стоял стол из сосны и скамейка, а у дивана – трехногий стул. Не было ни ковров, ни занавесок, ни картин на стенах.

Несмотря на спартанскую обстановку хижины, Анабел почувствовала себя в безопасности. Прислонившись спиной к стене, она расслабилась и закрыла глаза. Девушка мечтала только о том, чтобы Рой задержался здесь хотя бы ненадолго, и она бы передохнула. Он хотел во что бы то ни стало добраться до Серебряного узла, пока не стемнело, а Анабел понятия не имела, долго ли еще ехать.

– Ты снимешь блузку или мне отрезать рукав? – Голос Стила вернул ее к действительности, и Анабел снова почувствовала боль, о которой уже стала забывать.

Открыв глаза, она посмотрела на Роя.

– Блузка все равно испорчена, – прошептала девушка. – Я сниму. Только... не смотрите.

– Как вам будет угодно.

Пока Анабел снимала блузку, он рылся в своей сумке.

Стил обернулся и, прищурившись, посмотрел на нее; она прикрылась одеялом, лежавшим на диване. Ее стеснительность и скромность могли бы показаться смешными, если бы Анабел не относилась к этому так серьезно. Вдруг у него в голове мелькнула мысль: ведь она – девственница! Стил еле сдержал стон отчаяния – только этого ему не хватало: тащить с собой невинную красавицу, которая к тому и упряма. Такой оборот дел все меньше нравился Стилу, к тому же, когда он вернулся с бинтами, Анабел еще больше побледнела.