– Я не шучу.

Что происходит? Разве он не понимает, что она как раз этого и хочет?

Она начала сосать еще сильнее.

Громко вскрикнув, Джошуа взорвался в ней.

Лиз продолжала ласкать его, теперь уже медленнее, пребывая в эмоциональном и физическом экстазе от того, что только что произошло. То обжигающее чувство, которое она испытывала сейчас, было совсем не похоже на вялую детскую страсть к бывшему мужу.

Сделанное открытие потрясло Лиз. Она любила Джошуа. Отчаянно. Страстно. И бесповоротно.

Однако не стоит говорить ему о своих чувствах. Он не делал и не сказал ничего такого, что свидетельствовало бы о том, что он рассматривает их отношения как нечто большее, чем мимолетный секс. Более того, Джошуа сказал, что секс – это еще не отношения. А просто секс.

Тем не менее, сила чувства, которое Лиз не чаяла когда-либо испытать снова, требовала выхода. И у нее был только один способ выразить его, а именно – секс, которого так хотел Джошуа. Она могла любить его своим телом.

Лиз подняла глаза, надеясь, что Джошуа не сможет прочесть в ее взгляде новообретенной любви, и одновременно наслаждаясь созерцанием мужчины, охваченного наслаждением.

Джошуа притянул Лиз к себе. Он тяжело дышал, все еще пребывая в возбуждении, и крепко держал Лиз.

Постепенно его дыхание выровнялось, и он склонился над Лиз, пожирая ее глазами.

– Спасибо.

Странные слова для волка, тем более что во взгляде у него читалось желание обладать, а никак не благодарность.

– Не за что, – улыбнулась Лиз.

Он провел пальцем по ее щеке.

– Больно?

– Ты очень большой, – призналась Лиз.

– Прости. – Несмотря на его нежность, Джошуа не выглядел особо раскаявшимся. – Я не хотел причинить тебе боль.

Это прозвучало искренне.

Лиз улыбнулась:

– Ты не сделал мне больно. – Потершись носом о его плечо, Лиз как можно сильнее прижалась к Джошуа. – Если бы я захотела тебя остановить, я бы это сделала.

– Уверена?

Лиз кивнула, вспомнив, как он пытался убрать ее голову, чтобы не кончить ей в рот.

Джошуа, конечно, дикарь, но он никогда не сумел бы заставить ее делать что-либо против воли. Лиз начала понимать, почему той ночью в Техасе он отказал ей. Он в самом деле не хотел получать ничего по принуждению. Он был слишком горд для того, чтобы навязываться.

Рука Джошуа скользнула вниз к ее влажному и возбужденному лону.

Лиз вздрогнула от силы собственной реакции.

– Твоя очередь, – прошептал Джошуа.

Он ввел в нее два пальца и одновременно обхватил губами сосок. Затем резко втянул его в себя, и Лиз вскрикнула, когда его пальцы начали двигаться внутри ее... Через несколько мгновений она уже стонала, извивалась и умоляла Джошуа остановиться. Что он и сделал. И тогда Лиз взмыла на волне удовольствия, закусив губы, чтобы не прокричать о своей любви.

Оставшуюся часть утра, после того как они с Джошуа вместе приняли душ, Лиз провела за работой, сидя на мягком диване. На кресле-качалке оказалось слишком жестко. У нее болело в таких местах, о существовании которых она забыла в последние два года и которые раньше никогда не доводила до такого состояния.

Когда на этот раз Джошуа позвал ее на ленч, Лиз отложила компьютер и отправилась на кухню.

Осторожно опустившись на стул, она огляделась.

– А где Винт? Кажется, я слышала его утром.

Джошуа поставил перед ней тарелку с супом, а посередине стола – тарелку крекеров с сыром.

– Он был здесь, но недавно ушел.

– Почему он не остался на ленч? – спросила Лиз, постелив на колени салфетку.

– У него дела.