У них дома был старый семейный портрет, снятый в первые годы двадцатого столетия. На нем очаровательный мальчик лет семи и девочка около десяти сидели у ног красивой пары. Юная Рут выглядела мрачной и замкнутой и к тому же была склонна к полноте. Тем не менее ее воспоминания о тех годах своей жизни, до начала Первой мировой войны, можно было назвать счастливыми.

У отца, которого Рут обожала, была мастерская готового платья в Голдерс-Грин. Рут вся светилась от счастья, когда отец брал ее с собой на работу. Там она беспрепятственно могла наблюдать за мужчинами-портными, сидевшими скрестив ноги на полу. Они усердно сметывали стежками раскроенную ткань, и на глазах у Рут куски материи превращались в различные предметы одежды. В мастерской маленькая девочка всегда находилась в центре внимания. Ее, любимицу хозяина, все баловали как могли. Оставляли для нее куски ткани, показывали, как делать стежки, и Рут незаметно для себя научилась шить. Не было ничего удивительного в том, что юная Рут предпочитала проводить время в мастерской, а не сидеть дома с матерью, которую она недолюбливала, и с братом, которому завидовала.

Отец Рут внезапно умер, когда ей было двадцать лет. Смерть полного сил мужчины, которому едва исполнилось пятьдесят, поразила всех. Но Рут была просто больна от горя.

— У него образовался сгусток крови, который попал в мозг, — печально говорила Рут дочери каждый раз, когда речь заходила о мужчине, который был самым главным человеком в ее жизни. — Он так много работал. Всегда пытался угодить ей, — с горечью повторяла она.

Антуанетта знала, что Рут имеет в виду свою мать, Изабеллу, которую в некотором роде она винила в смерти отца.

Теперь брат Рут, который был моложе ее на три года и к тому же наделен приятной внешностью, мягким нравом и любовью матери, стал хозяином в доме. Рут, жившая в доме матери, как было принято в те времена, чувствовала себя лишней.

— Мой брат обожал мать, как и все остальные мужчины вокруг, — говорила она с плохо скрываемой обидой. — Ну, а потом он женился на женщине, похожей на нее как две капли воды.

Впоследствии, когда бы Рут ни заговорила о семье своего брата, Антуанетта непременно чувствовала ее неприязнь к этой женщине и никогда не могла понять ее причины. Антуанетте тетя помнилась очень красивой женщиной, с радостью встречавшей их в своей лондонской квартире, когда им изредка приходилось туда заезжать.

Началась Вторая мировая война, которая принесла с собой скоротечные романы и скороспелые браки. В течение восемнадцати военных месяцев брат Рут успел жениться и стать счастливым отцом. А его старшая сестра все еще не была замужем и чувствовала себя старой девой.

— Еще одно ужасное прозвище, — презрительно фыркала Рут, рассказывая об этом своей дочери.

Рут очень переживала, что была до сих пор одна, и завидовала брату, который нашел то, чего ей хотелось больше всего на свете, — вторую половинку. В те времена, когда женщин оценивали по статусу их мужа, быть одинокой почти в тридцать лет считалось не очень завидным положением.

Но с началом войны Рут почувствовала возбуждение, страсть к приключениям и новые возможности. Впоследствии она часто говорила, что то время было самым счастливым в ее жизни. Во время войны она, как могла, вносила свой вклад в победу, работая на ферме. Именно там, избавившись от тени матери и брата, Рут расцвела, и у нее появились друзья. У нее никогда не было парня, и она понимала, что в ее возрасте это кажется довольно странным. Чтобы оградить себя от жалости остальных девушек, она соврала, что у нее был жених, который погиб в первую неделю войны. Когда спустя десять лет она впервые рассказывала эту историю Антуанетте, то уже и сама верила в нее.