— Где твои архаровцы? Давно не пересекался с ними.

— Мои архаровцы отдыхают после героических дел — один в отпуске, другой в госпитале после ранения.

— Загин? Надо к нему заскочить, забросить апельсинчиков.

— Сделай доброе дело, — хмыкнула Александра. — У него жуткая аллергия на цитрусовые. Пусть почешется как следует. Так вот, прихожу сегодня на планёрку, наш генерал Харченко, без объяснений, приказывает шпарить в командировку, в ваше оперативно-тактическое отделение. Спросила: зачем? Говорит: генерал Туруханов объяснит. Ты в курсе?

— Нет.

— Странно. Ну, пойдем. А может, ты темнишь? А? Жук!

— Какая мне корысть? И никакой я не жук! Я хороший!

— Что-то затевают наши шишки. Вот здесь как-то неспокойно. — Александра показала на грудь. — Зябко как-то.

— Помассировать?

— Никита, прекрати! Это гадко!

— Погода такая.

— Это не погода такая, это ты такой!

На входе оба показали удостоверения дежурному.

— Майор Андреева, майор Катаев, вас ждут в зале совещаний. Генерал Туруханов уже дважды спрашивал.

Катаев с Андреевой переглянулись — ещё интереснее.

Минуя широкий вестибюль, повернули в коридор направо. В просторном зале для совещаний вокруг длинного овального стола сидели задумчивые начальники — генерал Туруханов от оперативно-тактического отделения, ещё двое солидных, которых Александра и Катаев не знали, а также директор всей ФСБ и пузатый дядька из МИДа. Туруханов кивком велел сотрудникам присесть с краю.

— Вопрос чисто политический — надо забрать их, и всё. — Дядька из МИДа бросил авторучку на лист бумаги для заметок и удовлетворённо откинулся на спинку кожаного кресла. Для него вопрос был решённым. Кресло прогнулось, издав жалобный скрип.

— Вопрос: как? — мягко произнёс директор ФСБ, немного сутулясь и глядя в стол перед собой.

— Нужно сделать чисто. Мы заявим громогласно о своей решительности! — сказал дядька из МИДа. — Сами понимаете — никаких потерь!

Туруханов обернулся к Катаеву:

— Понял?

Катаев ничего не понял, но бодро кивнул.

Начальники как-то сразу, всем скопом, поднялись из кресел и пошли вон из зала. Туруханов провожал их. Катаеву и Андреевой он взмахом руки велел сидеть на местах.

Вернувшись в зал, Туруханов хитро усмехнулся:

— Теперь с вами поговорим.

— Товарищ генерал… — открыл рот Катаев.

— Молчать, Катаев. Имей терпение. Слышал, что говорили, — никаких потерь! — Генерал уселся на своё место, сцепил руки в замок. — А дело затеялось большое. Слышали про Сомали? Информацию передали в «Новостях» только сейчас, для чего? Ведь моряки в заложниках у бандитов не первый месяц томятся. Политика. Кое-кто начинает забывать о статусе России. А Россия, милые мои, несмотря на потери территорий, людских ресурсов, экономические передряги, всё-таки суперстрана. Нужна быстрая, смелая операция по спасению российских граждан. Всё складывается как нельзя кстати — наши оболдуи с «Обезьяны» томятся у боевиков Бабека, вроде бы наши правы и являются жертвами обыкновенного бандитского произвола…

— А дипломатические каналы? — уточнил Катаев.

— Дипломатия дипломатией, но нужна силовая акция. Как вспышка салюта в ночном небе, чтобы привлечь внимание. Малыми силами. Ты, Катаев, возьмешь отряд майора Князева. Андреева с ними уже работала.

Александра пару раз кашлянула, прочистив горло.

— Можно вопрос? Какова моя роль в экспедиции? Я — следователь-секретник.