Лалли что-то крикнул, Юхо засмеялся и сделал выпад. Стало ясно, что обращаться с настоящим оружием викингов его никто не учил. Пока Юхо замахивался своей длинной обугленной дубиной, Даг врезал ему наотмашь по лицу, развернулся всем корпусом, добавляя энергии, и второй палкой стукнул по коленке. Юхо отступил, дергая головой, точно конь, отбивающийся от слепня. Поперек физиономии у него протянулась царапина.

— Вторую! Еще возьми! — стали кричать Юхо дружки. Тойво опомнился от первого испуга, стал подкрадываться к Дагу сзади. Но его маневры успеха не имели. Северянин развернулся, легко отбил копьецо в сторону, со всего маха рубанул деревянным мечом по глазам.

Дико вскрикнули девчонки. Тойво зашатался и упал. Даг развернулся как раз вовремя, чтобы встретить очередной бешеный выпад Юхо. Тот пер, ничего не соображая, рубил слева и справа, но не как воин, а как пьяный дровосек. Даг встретил его дубину скрещенными мечами, тут же качнулся влево, прокрутился на пятке и обоими мечами ударил противника в затылок. Юхо по инерции пролетел вперед, следом за своей кошмарной дубиной, но устоял на ногах.

Даг запел боевой нид без слов. У финнов округлились глаза. Они привыкли петь что-то понятное, про лес, про солнце и оленей.

Тойво раскачивался, сидя на корточках, и жалобно всхлипывал. Младший брат Юхо вытащил из костра головешку и побежал за Северянином, но девчонки схватили его и усадили на землю. Мальчик вырывался и царапался, но помогать брату его не отпустили.

— Бей его! Юхо, бей!

На поляну выскочили еще двое парней, незнакомых Дагу. У одного был лук, другой сжимал копье. Лалли преградил им путь, не позволяя вмешиваться в драку. Этот Лалли — единственный, кто вызывал у Дага уважение. Прочие пытались напасть сзади, как трусливые псы.

Даг присел, пропуская кривую дубину над собой, и завыл еще громче, совсем как дядя Свейн. Юхо с трудом переводил дыхание. Наверняка он прекрасно бегал на лыжах и мог часами догонять оленей, но короткие перебежки давались парню с трудом.

— Что, сын гадюки, не нравится мое угощение? — захохотал Северянин. Наконец-то они с громилой Юхо стали примерно на равных. Вес и сила лопаря ничего не значили в настоящем бою.

— Я тебя убью! — прохрипел Юхо. Наконец, он решил действовать, как соперник, — отбежал к костру и подобрал вторую палку. Но она ему только мешала, парень никак не мог драться двумя руками одновременно.

— Эй, колдун, что ты хочешь? — пропищала подружка Тууле. — Ты хочешь наше мясо? Забирай и иди отсюда…

— Молчи, молчи! — прикрикнул на нее Лалли.

Даг наступал, вращая мечом в левой, а правой — делая рубящие движения. Налитые кровью, обезумевшие глазки Юхо метались по сторонам. Он никак не успевал проследить за обманными движениями врага. Улучив момент, когда солнце очутилось за спиной, Даг метнулся противнику в ноги. Со звонким стуком толстая палка врезалась Юхо в щиколотку. Нога подогнулась, финн упал на одно колено, но успел подставить палку под удар сверху.

Девчонки снова вскрикнули. Тууле глядела на Дага завороженно, точно перед ней возник Хозяин леса.

— Ой, ой, нельзя… — неразборчиво запричитал кто-то.

Краем глаза Северянин заметил — на полянке появились двое взрослых мужчин. Подростки сразу вскочили, стали тыкать в Дага пальцами и кричать. Один из пришедших был высокого роста, сутулый старик, а второй — молодой парень, не старше шестнадцати лет. Вместо того чтобы растащить дерущихся, финны замерли, открыв рты. Старый что-то спросил, видимо, интересовался, почему слуга вельвы поет. Ему стали отвечать наперебой, указывая на избитого Тойво и других парней.