Рука, хватающая его ухо, земля, липкая от крови. Память вновь воскресила картину поля боя, усталых, измученных людей, в неярком утреннем свете таскающих трупы к вертолетам. У большинства тел – красные дыры на месте ушей.

 – Думаю, я побывал во сне в Долине Дракона, – сказал Майкл, только сейчас поняв, что же это было.

 – Успокойся. Мы уже идем. – Конор Линклейтер положил трубку.

 В ванной Пул плеснул себе в лицо водой, небрежно промокнул щеки полотенцем и стал внимательно изучать себя в зеркале. Несмотря на то, что немного поспал, выглядел он бледным и усталым. На полочке рядом с зубной щеткой лежала прозрачная коробочка с витаминами. Майкл достал и проглотил таблетку.

 Прежде чем отправиться к автомату со льдом, Майкл набрал номер для сообщений.

 Мужчина, ответивший на звонок, сказал, что для Пула оставлено Два послания, на одном стоит время три пятьдесят пять и оно начинается словами: “Пыталась перезвонить...”

 – Я получил его у портье, – сказал Майкл.

 – Другое получено в четыре пятьдесят: “Мы только что приехали. Где ты? Позвони в номер тысяча триста пятнадцать, когда вернешься”. Подпись – “Гарри”.

 Они звонили, когда Майкл был еще внизу, в холле.

 2

 Майкл Пул ходил взад-вперед между дверью и окном, выходящим на стоянку. Каждый раз, подходя к двери, он останавливался и прислушивался. Мимо официанты провозили тележки с ужином, слышен был скрип лифтов. Вот лифт остановился на его этаже. Майкл открыл дверь и выглянул в коридор. По коридору шли худощавый седоволосый мужчина в белой рубашке и синем костюме, на кармане которого красовалась табличка с именем, а в нескольких шагах позади него – высокая блондинка в сером фланелевом костюме и пестром шотландском шейном платке. Пул закрыл дверь. Было слышно, как мужчина звенит ключами около одного из соседних номеров. Пул опять подошел к окну и посмотрел на стоянку. С полдюжины мужчин в разношерстной военной форме с банками пива устроились на капотах и багажниках нескольких автомобилей. Похоже, они пели. Майкл вновь подошел к двери и стал ждать. И снова выглянул в коридор, как только открылись двери лифта.

 Показалась долговязая фигура Гарри Биверса. Рядом шел Конор Линклейтер, за ними – выглядевший довольно усталым Тино Пумо.

 Конор первым заметил Майкла и отсалютовал ему сжатой в кулак рукой:

 – Мики, малыш!

 Конор Линклейтер был чисто выбрит, и его рыжеватые волосы были коротко подстрижены, почти как у панка. Не то что в последний раз, когда Майкл видел Конора. Как правило, Конор Линклейтер носил мешковатые синие джинсы и хлопчатобумажные рубашки, но в этот раз он всерьез позаботился о своем гардеробе – ему удалось раздобыть где-то черную футболку, на которой неровными желтыми буквами было намалевано: “Эйджент Оранж”. Поверх футболки – широкий черный жилет с огромным количеством карманов, прошитый белыми нитками. На черных брюках – глубокие мятые складки.

 – Конор, ты выглядишь восхитительно! – распахнув другу объятия, Майкл вышел в коридор. Конор был ниже него примерно на полфута, он обнял Майкла за талию и крепко прижал друга к себе.

 – Боже! – пробормотал он где-то в районе подбородка Майкла и шутливо добавил: – Ну что за потрясающее зрелище для моих несчастных глаз!

 Все улыбнулись этой фразе, такой типичной для Конора. Гарри Биверс, источающий запах дорогого одеколона, тоже неловко обнял Пула.

 – Мои “несчастные глаза” тоже рады тебя видеть, – прошептал он на ухо Майклу, задев его уголком “дипломата”.