Он зашел в гостиную и сразу увидел Мэгги, сидящую за столом на платформе, положив руки на телефон. Губы девушки были плотно сжаты, как будто она поймала ртом какое-нибудь насекомое, которое не хочет выпускать на волю.

 – Ты напился, – сказала она. – Я только что обзвонила три больницы, а ты, оказывается, был в баре.

 – Я знаю, почему он убил их, – выпалил Пумо. – Я даже видел их всех в Наме. Я помню, как они выпрыгивали из вертолета. И известно ли тебе, что я тебя люблю?

 – Никому не нужна такая любовь, – сказала Мэгги, но, даже будучи пьян, Пумо заметил, что черты лица ее смягчились: теперь за плотно сжатыми губами уже не томилось в плену крошечное насекомое.

 Пумо начал объяснять, что удалось выяснить о Мартинсоне и Маккенне и как он встретил демона в преисподней, но Мэгги уже подходила к нему. Она раздела Пумо и, взяв его одной рукой за член, повела в спальню, как кораблик на веревочке.

 – Мне надо позвонить в Сингапур, – бормотал Пумо. – Они еще не знают.

 Мэгги скользнула в постель и пристроилась поудобнее рядом с Пумо.

 – Чем скорее мы начнем, тем лучше, – сказала она. – А то я вспомню все, что передумала, пока ждала тебя, и опять разозлюсь. – Мэгги обняла Пумо и прижалась к нему всем телом. Затем она откинула голову назад. – О, от тебя странно пахнет. Где еще ты успел побывать? В паровом котле?

 – Это был человек-демон, – сказал Пумо. – Я пропитался его запахом, когда он положил руку мне на плечо. Он сказал, что в аду не так уж плохо. В конце концов привыкаешь.

 – Американцы ничего не понимают в демонах, – сказала Мэгги.

 Пумо подумал, ему бывает так хорошо с Мэгги, потому что, должно быть, она и сама демон. И поэтому так хорошо в них разбирается. Дракула была демоном, человек в баре был демоном, и, если бы Пумо умел отличать демонов от обычных людей, он бы наверняка увидел множество демонов, снующих туда-сюда по улицам Нью-Йорка. Гарри Биверс – еще один демон. На этом месте то, что проделывала с ним Мэгги Ла, окончательно лишило Пумо возможности сосредоточиться на чем-либо, кроме мысли о том, что, когда он женится на этой девушке, жизнь его обещает быть очень интересной, потому что он женится на демоне.

 Через два часа Пумо проснулся с головной болью, сладким привкусом поцелуев Мэгги во рту и сознанием того, что какое-то важное дело осталось невыполненным. На Пумо накатило знакомое ощущение ужаса, сопровождавшее обычно его ресторанные неприятности, и он находился во власти этого чувства, пока не вспомнил, как провел сегодняшний день. Он посмотрел на часы: без пятнадцати одиннадцать. В Сингапуре сейчас без пятнадцати одиннадцать утра. Есть шанс, что ему удастся застать Майкла в номере.

 Пумо вылез из постели и накинул халат.

 Мэгги сидела на кушетке, держа в руке карандаш и любуясь на что-то нарисованное ею на желтом листочке из блокнота. Она подняла глаза на Пумо и улыбнулась.

 – Я думала о твоем меню, – сказала она. – Раз уж ты все решил переделать, почему бы не поработать над меню.

 – А что не в порядке с меню?

 – Ну что ж, – начала Мэгги, и Тино понял, что она говорит вполне серьезно. Он поднялся на платформу и подошел к столу. – Во-первых, эта уродская распечатка на матричном принтере. Меню выглядит так, будто твоей кухней управляет компьютер. И бумага – бумага хорошая, но очень быстро пачкается. Надо что-нибудь пошикарнее. Да и макет так себе, а такие длинные описания блюд вообще ни к чему.

 – А я-то думаю, что же это не так с моим меню, – сказал Пумо, начиная шарить по столу в поисках номера отеля в Сингапуре, где остановились его друзья.