Какой-нибудь маленький мальчик.

 Пул ступил на разноцветный ковер. Нога его провалилась в ямку под слоем листьев, которые он только что так тщательно изучил, и...

 ...продолжала скользить вниз, погружаясь по щиколотку, по колено, по пояс. Он потерял равновесие и теперь беспомощно падал в глубокую дыру, открывшуюся под расползшимися листьями. Он слишком поздно выбросил вперед руки. Майкл видел перед собой длинные острые шипы, нацеленные ему в грудь, в шею, в живот...

 ...но земля удержала Майкла, только слегка осев под его тяжестью.

 – ...ПРИКАЗ! – кричал мужчина.

 Сначала Пул ничего не разглядел на карте. Это был туз червей. Потом он увидел между сердечком в центре и левым верхним углом едва заметную карандашную надпись.

 Майкл сделал шаг вперед и лицо его оказалось прямо перед картой. Тонкие черточки сложились в слова. Пул прочитал их, перевел дух и прочитал еще раз. Он тяжело вздохнул. Очень осторожно Майкл поднял руку и коснулся гладкой поверхности карты. Она была пришпилена к дереву маленькой тонкой булавкой, вроде тех, что бывают на новых рубашках. Майкл вытащил булавку и осторожно взял карту за уголки. Он снова взглянул на слова, написанные на карте, и положил булавку в карман. Он перевернул карту. На обратной стороне был изображен черно-белый мальчишка с огромными глазами и вьющимися волосами, держащий в руках корзину, полную цветущих орхидей.

 4

 Вот что было в записке, оставленной для Майкла Пула на обороте карты из колоды с мальчиком, несущим орхидеи, на рубашке:

 У МЕНЯ НЕТ ИМЕНИ Я ЭСТЕРГАЗ СМЕРТЬ – ПРЕДДВЕРИЕ ВЕЧНОЙ ЖИЗНИ С НАЧАЛА ДО КОНЦА И ОБРАТНО

 5

 Держа карту за уголки, Майкл опустил ее в карман пальто и начал выбираться из леса. Он крикнул стоящим на кладбище мужчинам, что выходит, но человек в сером пиджаке почему-то все равно выглядел очень возбужденным. Когда Пул направился к ним, продолжая осматривать землю под ногами на предмет проволоки или новой ловушки, работник кладбища схватил за рукав одного из своих сотрудников, а другой колотил воздух. Пул слышал только отголоски их беседы. Он помахал, чтобы дать понять, что он выходит, что он безоружный законопослушный гражданин и беспокоиться не о чем. Человек в сером пиджаке не обращал теперь на него ровно никакого внимания. Молодой человек в черной куртке с подложенными плечами, в котором Майкл узнал помощника распорядителя похорон, стоял рядом со своим боссом, явно смущенный поведением своего разнервничавшегося коллеги. Майкл сделал еще шаг вперед, размышляя о том, что найденную им карту нужно будет непременно отдать полиции, и тут вдруг остановился как вкопанный.

 Он опять услышал запах Бога – этот ни с чем несравнимый запах цветов и солнца. Здесь этот запах был еще сильнее, чем возле могилы Робби. Но на этот раз в глазах у него не было темно и запах не сопровождался никакими видениями. Он был вполне земного происхождения. Легкий порыв ветра унес его, затем принес снова. Майкл увидел слева целый островок колышущихся сине-белых цветов, который и был источником этого чудесного запаха. Они расцвели во время оттепели и умудрились каким-то образом пережить последовавшее затем похолодание. Майкл не знал, что это за цветы. Они чем-то походили на сильно распустившиеся тюльпаны, но лепестки их были синими, а ближе к середине – белыми. Они росли под дубами, и их высокие зеленые стебли прорезали покров из опавших листьев, как маленькие копья. До Майкла опять долетел сильный ароматный запах.

 Когда Майкл снова посмотрел вперед, мужчина в сером пиджаке тыкал в его сторону указательным пальцем.

 – ...вывести его отсюда немедленно, Ваткинс... – донеслось до Майкла.

 Ваткинс сделал неуверенный шаг вперед, человек в сером подтолкнул его со словами:

 – Давай, пошевеливайся.