Она обратила внимание на группу людей, стоящих неподалеку от нее и пристально ее разглядывающих. Мэри отвернулась. «Я знакома с ними?» – спросила она себя. Искоса взглянув в их сторону, она заметила, как солнечный луч сверкнул на серебряной пряжке. «Дурочка, – сказала она сама себе. – Не путай прошлое и настоящее».

Мэри с облегчением вздохнула, прислонившись к Гэвину. Уж он-то точно реальный.

– Послушай, Мэри, как тебе может здесь нравиться? – спросил Гэвин, наблюдавший за спорившими неподалеку торговцами. – Неужели тебе приятно находиться в этом хаосе? Тут настоящее столпотворение!

– Гэвин, медведь ты невоспитанный! Тебе уже недолго осталось терпеть, – поддразнила его Мэри.

В горле у нее почему-то пересохло, ей показалось, что странная тень, промелькнув, скрылась у нее за спиной. Она чувствовала себя хуже, чем обычно. Взяв у Гэвина назад свой кубок, Мэри увидела, что он пуст.

– Надо было тебе остаться на барке, – недовольно проворчал Гэвин.

Между двумя торговцами возник яростный спор. Гэвин не мог разобрать деталей, потому что они говорили на неизвестном ему языке. Вокруг быстро собралась толпа зевак. Шотландец заметил, что с обеих сторон быстро, как из-под земли появились группы вооруженных людей. Гэвин криво усмехнулся.

– Я не удивлюсь, если эта пара спорщиков превратится в лучших друзей, как только здесь столпится побольше зевак-покупателей.

Взгляд Мэри затуманился, она смотрела куда-то сквозь шотландца. Она почувствовала, что у нее деревенеют плечи и шея. Взгляд ее переместился с сидящего рядом Гэвина вдаль, на небо. Небеса озарились разноцветными вспышками голубого, серого, красного света, следующими друг за другом с невероятной быстротой. Гул толпы как бы отдалился… Мэри увидела перед собой беззвучно шевелящиеся губы Гэвина. Она, очевидно, сходит с ума.

– Мэри, тебе плохо? – Гэвин с тревогой всматривался в ее лицо. Глаза девушки были расширены и смотрели в никуда. Он в отчаянии встряхнул ее за плечи. – Мэри!

– А-а, Гэвин, – тихо откликнулась она. – Я здесь.

– Девочка, нам надо возвращаться!

– Гэвин, будь добр, принеси мне, пожалуйста, что-нибудь попить. Может быть, еще немного вина.

Шотландец смотрел на нее в нерешительности, не зная, что предпринять. Он боялся оставлять ее в таком состоянии одну.

– Пожалуйста, хоть глоток чего-нибудь! Так першит в горле. – Она протянула ему пустой кубок. – Со мной ничего не случится до твоего возвращения.

Гэвин огляделся кругом. Он помнил, что купил вино совсем незадолго перед тем, как они присели отдохнуть. Надо пройти назад всего две-три палатки.

– Ладно, – согласился он. – Ты и оглянуться не успеешь, как я уже вернусь. Только, Мэри, – он озабоченно взглянул на нее, – обещай мне, что ты не двинешься с места.

Он поднялся с парапета. Мэри улыбнулась. До ее затуманенного сознания дошли его слова. В них чувствовалась такая искренняя забота! У нее внутри потеплело.

– Я должна дать торжественное обещание?

Гэвин мягко взял ее руку и прикоснулся к ней губами.

– Нет, просто скажи, что никуда не уйдешь. Я мигом вернусь. Здесь совсем рядом.

Гэвин исчез, слился с расплывающимися очертаниями других мелькающих перед глазами фигур. Она попыталась сфокусировать взгляд, но, поняв, что это ей не удается, с усталым вздохом закрыла глаза и, приподняв лицо, подставила его теплым солнечным лучам. Ей необходимо тепло. Тепло, которое растопит ледяную дрожь у нее внутри.

Мэри казалось, что она плывет куда-то. Вдруг она очутилась внутри шатра отца.