— Кто она? — спросила леди.

— Никто, — ответил торговец, выталкивая Хану в дверь.

Хана ощетинилась и стояла на своем. Леди, не долго обращая внимание на Хану, начала прихорашиваться у маленького зеркальца. Она поправила большую золотую шпильку в волосах, для большего эффекта устроила ее за бабочкой.

— Я не могу выразить свое удовольствие от твоего нового подарка, — сказала леди торговцу. — Мои друзья так завидуют. Они никогда не видели черную жемчужину до этого.

Хана ахнула от недовольства, когда заметила жемчужину на конце шпильки у леди.

— Это та жемчужина, что я продала вам? — требовательно спросила Хана у торговца.

Джек прижался к щели. Это могло быть простым совпадением, но он думал, что это маловероятно, что две одинаковые черные жемчужины могли быть в этом городе.

— О, эта жемчужина, — неохотно признал торговец. — Она не для продажи.

— Мой господин хочет ее вернуть, — настаивала Хана.

— Жемчужина теперь принадлежит моей жене.

— Его жена! — Ронин пробормотал, тряся головой в неверии. — Она его младше в два раза. Он должен быть богатым…

— Какие-то проблемы? — осведомилась юная жена торговца.

— Никаких, дорогая, — ответил торговец, пытаясь выпихать Хану из магазина.

— Но я должна вернуть ее законному владельцу! — кричала Хана, нервно оглядываясь в сторону, где скрывался Ронин.

— Я — законный владелец, — отрезала юная жена. — В этой провинции есть только одна такая, и она — моя.

— Пожалуйста… от этого зависит моя жизнь.

Леди пронзительно рассмеялась от просьбы Ханы.

— Твоя жизнь не стоит грязи на моих сандалиях. Отстань от моей жемчужины. И уходи, не то мой муж вызовет доушинов.

Торговец приближался к Хане, намереваясь выставить ее на улицу.

— Я прошу вас! Она принадлежит самураю, — сказала Хана, вырываясь из его хватки.

Торговец прижал ее крепче, пока они не оказались лицом к лицу. Его узкие глаза расширились от осознания случившегося.

— Какой самурай? — прошипел он, надеясь, что его жена этого не услышала.

— Самурай… гайдзин.

Торговец рассмеялся.

— Хорошая попытка. Даже если это и так, этот изменник-гайдзин уже сгинул… или мертв.

И он выпихнул Хану из магазина.

— И не возвращайся! — сказал торговец, вытирая после нее руки. Он вернулся к жене, сердившейся на него.

— Кажется, ты говорил, что сам нашел эту жемчужину, Исаму! — ругалась она.

— Так и было! Так и было! — настаивал он, суетясь вокруг нее. — Девочка лжет. Она обокрала… никого она не обокрала! А сейчас, моя дорогая бабочка, видела ли ты этот прекрасный позолоченный гребень? Его привезли только сегодня…

Пока торговец пытался задобрить жену подарками, Хана отряхнулась и присоединилась к Джеку и Ронину в переулке.

— Я сделала все, что могла, — сказала она в отчаянии Ронину. — Перережьте уже мне горло или отпустите!

— Всего, что ты могла, оказалось недостаточно, — ответил Ронин, его пальцы схватились за рукоять меча.

Боясь за жизнь Ханы, Джек выступил вперед, чтобы защитить ее, но Ронин уже схватил ее за запястье и потащил к стене переулка.

— Ты ведь хороший вор, — напомнил Ронин, оценивая монеты в дрожащей руке Ханы и ухмыляясь панике в ее глазах.