— Ну, это вряд ли, — протянула Сесиль. — Каким бы зверем ни был босс мистера Линдстона, едва ли он решится на подобную гнусность. Даже у самых толстокожих начальников есть сердце.

— Я тоже надеюсь на это, Сесиль, — сказала Даниэла и выразительно посмотрела на часы.

Ей хотелось поскорее закончить неприятный разговор. Однако Сесиль, пропустив довольно прозрачный намек мимо ушей, с нескрываемым любопытством спросила:

— А вы уже купили подвенечное платье?

— Да. Перед самым отъездом Джастина мы успели сходить в свадебный салон.

Глаза Сесиль восторженно загорелись.

— Оно белое, пышное и все в кружевах и фестончиках, да? А фата длинная-длинная, до самого пола! Как у куклы Барби!

Даниэла невольно усмехнулась наивной искренности услышанных слов.

— Вынуждена тебя разочаровать, Сесиль, но мое платье гораздо скромнее, а фаты вовсе нет. Зато распущенные волосы будет украшать шикарная бриллиантовая диадема, которая обошлась в фантастическую сумму долларов. Увидев цену, я пришла в ужас и уже собиралась подыскивать другой наряд. Однако Джастин настоял, чтобы оставить все как есть. Мой жених сказал, что лучшего свадебного туалета все равно не сыскать.

Сесиль мечтательно закатила глаза.

— Как бы хотелось, чтобы Роджер подарил мне нечто подобное! Но, увы, наш бюджет таков, что реальнее достать звезду с неба, чем купить что-нибудь с настоящими бриллиантами. — Вдруг она спохватилась: — Постойте… Насколько я поняла, мистер Линдстон видел вас в подвенечном наряде?

Не понимая, к чему клонит Сесиль, Даниэла подтвердила:

— Да, а что?

— Неужто вы в самом деле не знаете! — всплеснула руками секретарша и поспешила объяснить: — Жениху ни в коем случае нельзя видеть невесту в подвенечном платье до свадьбы. Это плохая примета.

Охотно верю, мрачно подумала Даниэла. Особенно если воссоздать в памяти события последних недель. Однако вслух произнесла другое:

— Глупости! Ты же знаешь, я верю только в одну примету: нельзя ставить канистру с бензином слишком близко к огню.

Но Сесиль, никак не отреагировав на шутку, укоризненно покачала головой.

— Все равно. Люди зря не скажут. Даже если не веришь в приметы, лучше стараться их соблюдать.

Желая наконец завершить неприятный разговор, Даниэла произнесла:

— Постой, я вспомнила еще кое-что, во что свято верю. Если болтать и ничего не делать, месячный отчет сам собой не составится.

На этот раз губы Сесиль тронула слабая улыбка.

— Сущая правда. Что ж, не буду долее испытывать ваше терпение. Говорят, недостаточно бережное отношение к нежной нервной системе босса негативно сказывается на заработной плате.

Даниэла засмеялась.

— Ах ты, бестия! Ну что с тобой прикажешь делать?.. Ладно, не волнуйся, твоей заработной плате ничто не грозит. Если, конечно, отчет будет готов к понедельнику.

Стремительно вскочив с места, Сесиль приложила руку к сердцу. От неловкого движения локтем кипа бумаг взметнулась в воздух и разлетелась по полу.

— Клянусь…

— Не стоит, я и так верю, — отмахнулась Даниэла. — Давай лучше собирать документы. А потом я пройду к себе и немного посижу там.

Собрав вместе с Сесиль разлетевшиеся по всей приемной листки, Даниэла отправилась в зал гаданий. Стараясь отвлечься от невеселых мыслей, привычно разобрала карты и разложила их аккуратными стопками. Сняла нагар со свечей, по-новому переставила сверкающие безделушки. Затем взяла в руки новую, еще нераспечатанную колоду и, немного поколебавшись, открыла ее и принялась тасовать.