– Возможно, у них имелась какая-то причина, – предположил Шелк.

– Какая могла быть причина для переговоров с мургами?

– Не знаю. – Шелк развел руками. – Меня там не было, когда они приняли решение. Возможно, Ургит сделал им какое-то заманчивое предложение.

Бельгарат продолжал ругаться.

Через полчаса они собрались в столовой и заняли места за столом, за которым легко могли поместиться полсотни человек. Скатерть была белоснежной, ножи и вилки сверкали серебром, а фарфоровая посуда – позолотой. Вышколенные лакеи прислуживали безукоризненно, а наготовленных блюд хватило бы для королевского пира.

– Мне нужно побеседовать с твоим поваром,– сказала Польгара за десертом. – Он явно обладает незаурядными дарованиями.

– Надеюсь, – ответил Шелк. – Он обходится мне в кругленькую сумму.

– По-моему, ты можешь себе это позволить, – заметил Дарник, окидывая взглядом роскошную обстановку.

Шелк откинулся на спинку стула, играя серебряным кубком.

– Конечно, может показаться бессмысленным держать такой дом, приезжая сюда пару раз в году, – признал он, – но ничего не поделаешь.

– А Ярблек не пользуется домом? – спросил Гарион.

Шелк покачал головой.

– Нет. У нас с Ярблеком договор. Я предоставляю ему свободу действий во всем мире с условием, что он будет держаться подальше от Мельсена. Ярблек не вписывается в местный колорит, тем более что он повсюду таскает с собой Веллу, а некоторые ее привычки шокируют добропорядочных мельсенцев.

– Велла – славная девушка, – ухмыльнулся Бельдин. – Когда все будет кончено, я, возможно, куплю ее.

– Какая мерзость! – сердито сказала Сенедра.

– А что тут такого? – Бельдин выглядел смущенным.

– Она не корова!

– Конечно нет. Если бы я нуждался в корове, то купил бы корову.

– Нельзя покупать людей!

– Очень даже можно, – возразил Бельдин. – Велла – надракийская женщина. Она была бы оскорблена, если бы я не попытался купить ее.

– Берегись ее кинжалов, дядюшка, – предупредила Польгара. – Она очень ловко с ними обращается.

Бельдин пожал плечами.

– У каждого есть дурные привычки.

Этой ночью Гарион плохо спал, хотя кровать, которую он делил с Сенедрой, была удобной и мягкой. Сначала Гарион решил, что причина отчасти именно в этом, так как он многие недели спал на голой земле и отвык от мягкой постели. Однако около полуночи ему стало ясно, что кровать никак не связана с бессонницей. Время неумолимо двигалось вперед, и его встреча с Зандрамас неуклонно приближалась. Гарион по-прежнему знал немногим больше, чем в самом начале пути. Он понимал, что если они не ошиблись в главном, то встреча уже близка, но все еще шел по следу Зандрамас, не зная, куда этот след приведет. Гарион бормотал отборные ругательства по адресу безумца, создавшего Мринские рукописи. К чему вся эта загадочность? Разве нельзя было изложить суть простым языком?

– Потому что в таком случае тебя бы поджидала на месте встречи добрая половина всего человечества, – послышался у него в голове суховатый голос. – Ты ведь не единственный, кто хочет найти Сардион.

– Я думал, ты уже отстал от меня.

– О нет, я все еще здесь.

– Насколько мы отстаем от Зандрамас?

– Дня на три.

Гарион ощутил внезапный прилив надежды.

– Только не торопись, не обольщайся, – предупредил голос, – и не бросайся вперед, как только снова обнаружишь след.