– Если вы занимаетесь алхимией, надо быть к этому готовым, – отозвался Сенджи. – Приходится привыкать. – Внезапно он рассмеялся. – И вы никогда не знаете, что должно произойти. Как-то один идиот превратил стекло в сталь.

Бельгарат остановился.

– Что он сделал?

– Превратил стекло в сталь или в нечто очень похожее. Оно оставалось прозрачным, но не билось и не ломалось. Это было самое твердое вещество, какое я когда-либо видел.

Бельгарат хлопнул себя ладонью по лбу.

– Спокойно! – предупредил его Бельдин и обернулся к Сенджи. – А этот парень случайно не запомнил процесс превращения?

– Сомневаюсь. Он сжег все свои записи и ушел в монастырь.

Бельгарат издал сдавленный возглас.

– Вы хотя бы имеете представление, сколько может стоить подобный процесс? – спросил Бельдин у алхимика. – Стекло – один из самых дешевых материалов, всего лишь расплавленный песок, и ему можно придавать любую форму. Так что этот процесс мог оказаться дороже всего золота мира.

Сенджи захлопал веками.

– Ладно, – махнул рукой Бельдин. – Вы ведь человек науки и не должны интересоваться деньгами.

Руки Сенджи затряслись мелкой дрожью.

Они поднялись по лестнице и снова вошли в захламленную лабораторию алхимика. Сенджи запер дверь, после чего направился к большому шкафу у окна. Пыхтя, он отодвинул шкаф на несколько дюймов от стены, опустился на колени и стал шарить за ним.

Книга в черном кожаном переплете оказалась не слишком толстой. Руки Бельгарата дрожали, когда он положил ее на стол и открыл.

– Я мало что в ней понял, – признался Бельдину Сенджи. – По-моему, кто бы ее ни написал, он был безумен.

– Совершенно верно, – ответил горбун.

– Вы знаете, кто это?

Бельдин кивнул.

– Торак, – кратко откликнулся он.

– Торак всего лишь миф – фантазия ангараканцев.

– Скажите это ему. – Бельдин кивнул в сторону Гариона.

Сенджи судорожно глотнул.

– Вы в самом деле?..

– Да, – печально ответил Гарион, с удивлением обнаруживая, что он все еще сожалеет о происшествии в Хтол-Мишраке более двенадцати лет тому назад.

– Это полная версия! – торжествующе воскликнул Бельгарат. – Кто-то скопировал ее с оригинала, прежде чем Торак успел ее испоганить. Все исчезнувшие фрагменты на месте! Слушайте! «Дитя Света и Дитя Тьмы встретятся в Городе Ночи. Но это не является местом последней встречи, ибо выбор не будет сделан там, и Дух Тьмы спасется бегством. Знайте, что новое Дитя Тьмы появится на востоке...»

– Почему Торак изъял этот фрагмент? – удивленно спросил Гарион.

– Значение текста неблагоприятно – по крайней мере, для него, – ответил Бельгарат. – Тот факт, что должно появиться новое Дитя Тьмы, подразумевает, что он не переживет встречу в Хтол-Мишраке.

– Не только это, – добавил Бельдин. – Даже если бы он пережил встречу, то был бы понижен в звании. Ему было трудновато проглотить подобное.

Бельгарат быстро перелистал несколько страниц.

– Ты уверен, что ничего не пропустил? – спросил его Бельдин.

– Я знаю, что говорилось в копии, которую мы видели в Ашабе, Бельдин. У меня хорошая память.

– В самом деле? – иронически осведомился Бельдин.

– Оставим это. – Бельгарат быстро прочитал еще один фрагмент. – Могу понять, почему Торак его изъял. «Камень, хранящий могущество Злого Духа, не откроется тому Дитя Тьмы, которое придет в Город Ночи, а подчинится только тому, кто явится ему на смену».