– Звук есть звук, – упрямо твердил Бельдину Дарник.

Они ехали рядом.

– Но если его никто не слышит, как мы можем называть это звуком? – возражал Бельдин.

Бельгарат принял обычный облик.

– Опять ты про шум в лесу, Бельдин? – с отвращением спросил он.

Горбун пожал плечами.

– Надо же когда-то решить этот вопрос.

– Неужели ты не можешь придумать что-нибудь новое? Эту проблему мы обсуждали тысячу лет. Разве ты не устал от нее?

– В чем дело? – спросила Польгара, приближаясь к ним по высокой траве в лучах рассвета.

– Бельдин и Дарник обсуждают очень старый философский вопрос, – фыркнул Бельгарат. – Если в пустынном месте раздался звук, но поблизости никого нет, чтобы его услышать, можно назвать его звуком?

– Конечно, – спокойно ответила Польгара.

– Как ты пришла к такому выводу? – осведомился Бельдин.

– Потому что такого понятия, как пустое место, не существует, дядя. Кто-нибудь всегда есть поблизости – дикие звери, мыши, насекомые, – и все они могут слышать.

– А если нет? Если, допустим, лес совершенно опустел?

– К чему тратить время, рассуждая о невозможном?

Горбун бросил на нее разочарованный взгляд.

– Это не все, – добавила Сенедра. – Ты говорил о лесе, значит, там есть деревья. А ты знаешь, что деревья тоже умеют слушать?

Бельдин сердито уставился на нее.

– Почему вы все против меня?

– Потому что ты не прав, дядя, – улыбнулась Польгара.

– Я не прав? – возмутился Бельдин.

– Такое иногда случается с каждым. Почему бы нам не позавтракать?

Пока они ели, поднялось солнце, и Бельгарат посмотрел вверх, щурясь от утренних лучей.

– С полуночи мы больше не видели солдат, – сказал он, – а те, которых мы встречали раньше, были из пельданской армии. О них можно не беспокоиться, поэтому сегодня утром мы смело можем ехать дальше. – Старик взглянул на Шелка.

– Далеко до границы Даршивы?

– Вообще-то не очень, но мы выбрали неподходящее время. Весной ночи становятся короче, и мы теряем время, обходя солдатские лагеря. – Он нахмурился. – На границе у нас могут возникнуть проблемы. Нам придется пересечь реку Маган, а если все отсюда бегут, лодку найти будет трудновато.

– А Маган действительно так широка, как говорят? – спросил Сади.

– Это величайшая река мира.Она тянется на тысячи лиг, и стоя на одном ее берегу, невозможно увидеть противоположный.

Дарник поднялся на ноги.

– Хочу проверить лошадей, прежде чем двигаться дальше, – сказал он. – Мы ведь ехали в темноте, а это всегда немного опасно. Нам вовсе не нужно, чтобы одна из лошадей охромела.

Эрионд и Тоф также встали, и все трое направились туда, где были привязаны лошади.

– Я полечу впереди, – сказал Бельдин. – Даже если здесь только пельданские солдаты, все равно лучше обойтись без неожиданностей. – Превратившись в ястреба, он взмыл в безоблачное утреннее небо и полетел на запад.

Гарион лежал на животе, опираясь на локти.

– Должно быть, ты устал, – сказала Сенедра, садясь рядом с ним и нежно прикоснувшись к его лицу.