К счастью, в комнате появились хозяйка и ее розовощекая дочь: одна стала накрывать на стол, другая обошла комнату, зажигая свечи и задергивая шторы.

Итак, теперь совершенно ясно: он ищет ее! Но как, черт возьми, он так быстро обнаружил ее исчезновение из Бата? Есть одно-единственное объяснение: сегодня утром он посетил Аппер-Камден-Плейс. Проклятый человек! Ну почему именно сегодня ему взбрело в голову заехать в Бат? Однако какое это имеет теперь значение? — сказала себе Сара, уставившись на огонь и не замечая, что Равенхерст внимательно изучает ее лицо.

Харриет Фэйрчайлд не знает, куда отправилась ее подопечная. Но мать Клариссы могла догадаться! Если миссис Стэнтон случайно оказалась в доме во время прибытия Равенхерста, что он мог вытянуть из нее? Вероятно, достаточно, если оказался здесь. И нечего сомневаться: он узнал о доме Марты Алкот в Хартфордшире. Какое жуткое невезение!

— Что-то беспокоит вас, миссис Армстронг?

— Ч-что? — Сара вздрогнула и обернулась. — Нет, ничего особенного, сэр, — выдавила она не очень убедительно, мысленно проклиная его проницательность. Да, ее опекун точно не дурак!

Следует ли сказать ему, кто она на самом деле? Сара мгновенно отказалась от этой мысли. Опекун решительно настроен водворить ее обратно в Бат. А она туда не вернется! Ни за что! Только отныне придется соблюдать крайнюю осторожность, чтобы случайно не выдать себя.

Говорила ли она хозяину или хозяйке о своем намерении добраться до Хартфордшира? Нет, точно не говорила! Следовательно, если кто-нибудь спросит ее, куда она направляется, нужно выбрать… Суррей! Да, Суррей прекрасно подойдет! И надо будет тщательно придерживаться этой версии. Если Равенхерст хоть что-то заподозрит, шансов на побег у нее будет не больше, чем у беспомощной мышки перед огромным злым котом.

— Я только что думала о брате. Мои друзья оставили меня в «Белом олене» в Калне, где я должна была дожидаться его прибытия.

— Тогда почему вы там не остались? Сара чуть было не посоветовала этому джентльмену не вмешиваться в чужие дела, но сдержалась.

— Я устала ждать. Думала встретить его экипаж по дороге, но в конце концов пришлось искать убежища здесь. Полагаю, я совершила глупость, не оставшись в Калне.

— Совершенно с вами согласен, мэм! Чрезвычайно глупый поступок, — бесцеремонно изрек Равенхерст. Ее дрожащий голосок явно не смягчил его, как прежде — хозяина гостиницы.

— Да, конечно, так же глупо, смею сказать, как ездить в открытом экипаже в такое время года! — парировала она и, вместо ожидаемой вспышки раздражения, с изумлением увидела, как одобрительная улыбка изогнула его губы, заставив забыть о резких чертах лица и превратив Равенхерста в необычайно привлекательного мужчину.

— Не в бровь, а прямо в глаз! — Он поднялся. — Полагаю, можно приступить к ужину.

За столом Равенхерст наблюдал за Сарой поверх края своего бокала: отметил золотистый отлив каштановых волос, скромно, но аккуратно уложенных, прелестные темные брови, длинные черные ресницы, обрамляющие изумительные глаза необычного сине-зеленого цвета. Ничего классического не было в ее прямом маленьком носике; утолки прелестных губ чуть приподняты, а в милом округлом подбородке он увидел намек на решительный характер. Определенно она была необычайно хорошенькая молодая женщина, очаровательная и умная.

— Должно быть, ваш муж тревожится о вас, мэм. Вас ожидали дома сегодня?

— Я вдова, сэр, — спокойно ответила Сара, и ей показалось, что она увидела сочувствие, мелькнувшее в его взгляде, остановившемся на ее простом сером платье. — А вы женаты, мистер Равенхерст?

— Нет, я не женат!

— О, я так и думала!

— Неужели? И что же привело вас к такому предположению?

— Простите меня, сэр, но не успели вы войти в комнату, как я уже была уверена, что нахожусь в компании убежденного женоненавистника.