— Обижаете, — Витенька извлек из кармана куртки лист бумаги и развернул. — Два дня там проторчал.

— Это хорошо. Давай, показывай, где там что, — и мы склонились над планом загородного особняка.

Расставшись с ним, я поехал домой. Слегка перекусил и улегся спать. Проснулся без всякого будильника в половине одиннадцатого, попил кофе и принялся собираться. Настало время нанести визит на дачу моего бывшего работодателя. Менты уже дня три как закончили там копаться. Искали, насколько мне известно, долго, старательно, вот только ничего не нашли, только компьютер попортили. А я найду. Такие люди, как недавний усопший, обязательно имеют под рукой малый джентльменский набор на случай, если вдруг срочно придется делать ноги. Деньги, кое-какие документы, номера счетов, а вероятнее всего, и то, и другое, и третье. Не то, что я так остро нуждаюсь в деньгах, хотя лишними они никогда не бывают, просто, не люблю оставлять следов. Кто знает, что накопал обо мне покойный.

Глава 23

Мент

— Ну-ка, дай взглянуть.

— Любуйся, — Андреев убрал от щеки запотевшую, только что из морозилки бутылку «Журавлей».

— Ни фига себе! — посмотреть было на что.

Левая щека вспухла и посинела, глаз заплыл.

— Лихо, — присвистнул я.

— Кто бы спорил, — вздохнул он и вернул бутылку на прежнее место.

— С женой, что ли, повздорил?

— Ничего подобного, — промычал он. — С женой у нас полная гармония чувств. Мы уже три года, как развелись и разъехались.

— Извини, я не знал.

— А я и не говорил, — вздохнул он. — Чем тут хвастаться?

— Если не жена, то кто тебя так?

— Махкамов, — вздохнул он. — Каратистом, сука, оказался. Как начал ногами махать.

— Тот самый?

— А кто же еще?

Забиулу Махкамова уже два года, как без успеха разыскивала вся милиция Москвы, а еще он наследил в Воронеже и на исторической родине, в знойном Таджикистане. Этот милый человек зарабатывал на жизнь грабежами, а чтобы жертва не особо сопротивлялась и не поднимала лишнего шума, он ее сначала убивал, а потом уже грабил. Только по нашим данным, за этим упырем числилось не меньше восьми трупов.

— Взял?

— А то, — ответил он и передвинул бутылку ближе к уху.

— Сам?

— Сам.

— Он же спортсмен.

— А… — он махнул рукой. — Карате-шмарате, ушу-укушу. Херня все это, юноша. Супротив старого опера приемов еще не придумали.

— Так как же ты его?

— Просто, — он убрал бутылку от физиономии и поставил на стол. — Он ударил, я поставил блок мордой лица, а потом просто дал ему по харе и вырубил.

— С одного удара?

— Я же рукояткой бил, — пояснил он. — А ты что такой грустный, отымели?

— Страстно и безжалостно, — сознался я. — Есть предложение, — и указал непочатую емкость.

— Не сегодня, — вздохнул он. — У меня еще дела.

— А может, ну их?

— Не… — он осторожно мотнул головой и, все равно, охнул. — Больно, черт!

— Что-то действительно срочное?

— Помнишь, несколько дней назад в области завалили некоего Чупрова, еще комп тогда взорвался?

— Конечно, помню, а что?

— Местные только вчера закончили обыскивать дом, ничего интересного, понятно, не нашли.