Loading...
Изменить размер шрифта - +

– Я так или иначе вас напишу, – пожал плечами Аш, – но в работе будет больше глубины и смысла, если вы будете моей натурщицей, Лайла-Лу.

– Лайла-Луиза, второе имя дано в честь моего отца подполковника Луиса Эмерсона. И вы не можете написать меня, если я скажу «нет».

– Ваше лицо, ваше тело…

Он дернул плечом.

– Они у меня в голове.

– Она там будет, – повторила Джули. – Простите, девочкам пора попудрить носики.

И чтобы не слушать протестов, она просто взяла Лайлу за руку и подняла со стула.

– Он не может сделать из меня натурщицу, – прошипела Лайла, пока Джули тащила ее вперед. – И ты не можешь.

– Бьюсь об заклад, ты ошибаешься.

– Кроме того, я не земная чувственная цыганка.

– И тут ты определенно ошибаешься.

Она повела Лайлу по узкой лестнице, ведущей в туалеты.

– Ты смуглая брюнетка. И образ жизни кочевой.

– Одна интрижка с женатым человеком, о женитьбе которого я не знала, и у меня уже чувственный, земной тип женщины и я веду кочевой образ жизни.

– Цыганский, – подтвердила Джули. – Это сказочная возможность и шанс получить весьма интересный опыт, а к тому же обессмертиться.

– Мне не по себе, и я как-то стесняюсь.

«Раз уж я тут, можно и пописать», – подумала Лайла и вошла в кабинку.

– Ненавижу, когда я стесняюсь.

– Он сумеет найти способ успокоить тебя.

Следуя ее примеру, Джули вошла во вторую кабинку.

– А я упрошу его позволить мне посидеть на парочке сеансов. Хотелось бы понаблюдать, как он работает, и поговорить об этом с клиентами.

– Вот и позируй ему. Ты и есть земная чувственная особа.

– Он хочет тебя. У него свое ви́дение, и он хочет тебя.

Джули подошла к раковине, понюхала розовое мыло с запахом грейпфрута, одобрительно кивнула.

– Ты дашь ему новые идеи, вдохновение, и это облегчит его скорбь.

Лайла, стоя у зеркала, подозрительно прищурилась в самодовольное лицо Джули.

– А это грязные приемы!

– Так оно и есть.

Джули освежила блеск для губ.

– Совершенно верно. Дай ему шанс. Ты же не трусиха!

– Опять грязные приемы.

– Сама знаю.

Джули, смеясь, похлопала Лайлу по плечу и пошла к выходу. На середине лестницы она тихо взвизгнула.

– Что? Мышь? Что?!

– Мои туфли.

Джули взбежала по ступенькам, обошла стойку, обогнула компанию только что вошедших людей и выскочила на улицу. Вертя головой, она сбежала с крыльца на тротуар.

– Джули, какого черта!

– Туфли, мои туфли! Туфли, шикарные ноги, что-то вроде тату на щиколотке. Короткое красное платье. Больше я ничего не успела увидеть.

– Джули, Маноло сделал больше одной пары туфель.

– Это были мои! Подумай об этом.

Она, пылая яростью, развернулась.

– Ты видишь убийство, кто-то врывается в мою квартиру. Крадет туфли. Теперь я вижу женщину в этих туфлях. Она покидает ресторан, куда мы пришли пообедать, ресторан всего в двух кварталах от места преступления!

Лайла, хмурясь, потерла внезапно озябшие на вечерней жаре руки.

– Теперь мне уж точно не по себе.

– Аш может быть прав. Тот, кто убил его брата, следит за тобой. Тебе нужно снова поговорить с полицией.

– Ты серьезно меня пугаешь. Ладно, я все расскажу им. Обязательно. Но они посчитают меня спятившей.

Быстрый переход