Пш-ш-ш! Дарри и Рози выплюнули грог прямо на тлеющие угли. Шу-у-уххх! Красные и голубые языки пламени взметнулись вверх. Болотные жабы, и даже сам Глогэлог, плюхнулись на землю и уткнулись головами в песок, вопя:

— Балгам, Балга-а-а-амммм! Дарри скривил рот и снова плюнул:

— Фф-ф-фу! Ну и пакость! Мой старый дядюшка Габриэль закопал бы эту дрянь где-нибудь подальше в лесу!

Рози показала пальцем на жаб, лежащих ничком:

— Ху-ха-ха! Все вышло еще лучше, чем я думала, Дарри. Отныне мы с тобой парочка балгамов, это уж точно!

Ни о каком жабьем нападении теперь не было и речи, и команда уселась за праздничный обед на борту «Жемчужной королевы», а Глогэлог и несколько его подручных стали гостями на судне. Пока Рози говорила о чем-то с королем жаб, Дарри поведал команде невероятную историю:

— Когда мачту сломало, мы с Рози вцепились в нее, и ветром нас унесло высоко в небо. В жизни я так не пугался, но рядом была Рози, и она все хохотала, как ненормальная, честное слово! А потом ветер стих, и мы камнем полетели вниз. Мы упали вон за теми утесами, в огромное болото, и угадайте, что случилось потом? Мачта упала точнехонько на голову огромной гадюки! Та как раз собиралась пообедать королем Глогэлогом.

Джозеф спросил:

— Значит, ты, Дарри, стал балгамом, когда спас жизнь Глогэлогу? Но как же вы объяснялись?

— Да это не я, а Рози, — пожал плечами еж. — Я и глазом моргнуть не успел, а она уже болтала с королем. Она все схватывает на лету, правда, Рози?

— Конечно, мы, балгамы, отлично разбираемся в языках! Ху-ха-ха! Кстати, король Глогэлог желает, чтобы я навсегда осталась с ним в качестве балгама.

Раф поднял кувшин с грогом:

— И совсем тебе не надо здесь оставаться! Пошли, Рози, мне нужен переводчик. Скажи Глогэлогу, чтобы он шел за мной. Огонь еще горит — я научу его, как быть величайшим балгамом.

ГЛАВА 20

Лишь поздней ночью отряд жаб притащил из болот к «Жемчужной королеве» сломанную фок-мачту. Финбар соорудил блок и принялся поднимать мачту на борт. Джозеф, Рози и другие стояли с веревками и крюками, удерживая мачту на весу. Дарри и Раф помогали землеройкам заделывать дыру в трюме — вся команда работала под руководством Лог-а-Лога. Вскоре дыру забили, законопатили и просмолили, и корабль снова был готов к плаванию.

Далеко на берегу вспыхнул огонь. Фетч осторожно раздувал его, пока тот не превратился в тлеющие угольки. Вспыхивали и гасли бесчисленные огоньки фонарей, жабы окружали затухающий костерок. Фетч окликнул стоящих на корабле:

— Эй, на «Королеве»! Если костер потухнет, Глогалог не сможет колдовать. Вам лучше заняться этим сейчас!

Рози отошла от бригады, чинившей мачту, и уставилась на паланкин с гамаком, в котором восседал король. Рядом стояло десять кувшинов с грогом. Финбар посмотрел на Рози и сказал:

— Вы с Фетчем должны побыстрее вернуться на корабль. Скоро прилив, а он никого не ждет.

Жабы посторонились, чтобы можно было поставить гамак возле костра. Глогэлог пробурчал что-то невразумительное, когда его вытаскивали из его уютной кровати. Рози дала ему грога. Раздув щеки, Глогэлог набрал его в рот и выпучил глаза еще больше. Прыгая вокруг, Рози низким голосом затянула песню, которую сама же и сочинила:

Движением ушей Рози подала знак Глогэлогу, и тот выплюнул грог на угли. К ночному небу взвилось пламя. Квакая от страха и восхищения, жабы отпрыгнули, — что и говорить, их король оказался настоящим колдуном. Глогэлог еще раз приложился к кувшину и, проглотив половину, выплюнул остальное в огонь, вызвав новую вспышку пламени. Рози воспользовалась всеобщим ликованием и сбежала.

Глупо улыбаясь, Глогэлог все набирал и набирал в рот грог.