Старик не стал тянуть с ответом и, обогнув по воздуху твердодуб, растущий под наклоном и похожий на застрявшую в земле гигантскую стрелу, отозвался:

- Не с вами, девочка, а со своим безумием. Все это, - он остановился возле соседнего дерева и указал на дыру в его стволе. В дыре покоилась громадная ссохшаяся огроидская ступня, - предостережение вам. Чтобы не лезли к нему. Некая его часть… страдает оттого, что приходится убивать.

- Страдает?! - вспылила огроидка. - Это он-то страдает? Ты что-то путаешь, древний! Страдают те, кому не посчастливилось попасть в руки этому мяснику! Страдают те, чьи дети, родители, супруги, попались в его руки. Страдают…

- Довольно, Нургия, - негромко, но довольно отчетливо произнес жрец и приподнял губу, демонстрируя мощные клыки и заточенные резцы. - Прости ее, древний. Безумный бог похитил ее младшего сына. Ее можно понять.

- Всех вас можно понять, - не оборачиваясь, произнес Бог Тьмы. - И Биргейна тоже. Я никого не оправдываю. Я лишь говорю, что он сам не хотел бы никого убивать ради продления жизни. Но его безумие требует.

- Ради продления жизни, древний? Прошу прощения, можешь уточнить? - вежливо попросил Дрохен.

- Обычным богам нужна Паства. Именно вера людей позволяет им жить. Но для поддержки жизни не нужно слишком уж много энергии. У богов накапливаются излишки энергии, которые превращаются в их мощь и силу. У Безумного бога нет Паствы. Его способ накопления энергии тот же, что и у Тления – поглощение жизни. Правда, в отличие от Тления, он не способен пить жизнь из самой земли, воздуха, травы. Только из живых созданий. И чем больше и сильнее это создание, тем, соответственно, в нем больше силы. Поэтому причина, по которой Безумный Бог похищал и убивал ваших сородичей, ровно та же, по которой вы сами ходите в лес на охоту – добыча пропитания. Раньше ему хватало немного, но теперь же Биргейн почему-то был вынужден делать запасы. 

- Запасы?! - Нургии явно было сложно держать эмоции в узде. - Мы думали, он с помощью безумия сделал из них своих воинов...

- Вы хотели так думать, - спокойно ответил Старик. - Но предполагали и другой вариант. Однако надежда есть, девочка. Вполне возможно, что кто-то из ваших соплеменников до сих пор жив. Запасы не съедают в первый же день. А теперь тише. Я чувствую, что мы почти на месте. Я чувствую барьер безумия…

Матерь Племени, скорее всего, хотела еще что-то сказать, но смогла пересилить себя и собраться. Остальные огроиды тоже подобрались – еще бы, защита Кровавого леса, о которой они слышали из старых легенд своего народа, вот-вот предстанет перед их глазами.

Однако молчание продлилось недолго. Когда впереди показались блуждающие огоньки салатового цвета, размером и формой напоминающие фигуру взрослого человека, Матерь Племени пробормотала себе под нос:

- Великие Древние… И нам туда идти?   

Глава 10. Барьер безумия

Зеленоватые огоньки чем-то напоминали призраков, какими их изображают в играх и фильмах моего родного мира. Правда лиц, элементов одежды или частей тела в этих сгустках неведомой энергии разобрать никто бы не смог. Однако общее впечатление неприкаянных душ они производили.

- Те, кто слаб волей и не готов идти до последнего ради спасения мира, могут вернуться назад, - сухо произнес Бог Тьмы.

Но никто не воспользовался его советом. Мы с огроидами продолжили напряженно идти следом за плывущей над землей фигурой. Даже Мать Племени смогла подобрать свой длинный язычок и зашагала дальше без лишних слов.

- Я услышал ваш ответ. И он меня устраивает, - все так же спокойно произнес Старик. - А раз так, должен сказать вам – не бойтесь. Барьер не убивает. Он сродни рыбной сети, из которой можно выпустить вполне живую рыбу обратно в воду. Но только сперва нам нужно будет разобраться с самим рыбаком.