Хотелось сказать, что я знаю, где и чем занят лорд Дадли, к тому же беременной можно быть и не от него… Но я сказала другое:

— Ее Величество хотела бы пригласить леди Дадли ко двору. Она любит красивых людей, жаль, если болезнь или беременность леди помешает ей принять такое приглашение. Я думаю, Ее Величество немного погодя пришлет леди Эми своего врача…

Вот пусть и задумается. Королева соизволила поинтересоваться судьбой Эми, попробуйте после этого отравить ее!

Возвращалась я с поганым ощущением, что увидела кролика в клетке, в которую вот-вот запустят удава. И никуда этому кролику не деться. Знать о готовящемся убийстве и не предотвратить его? Так нельзя. Но неужели эта растяпа не понимает, что ее гнобят?

Нет, я что, теперь буду спасать всех малахольных шестнадцатого века? Одна то беременеет от собственного отчима, то в Тауэр попадает, то в прохиндея втюривается без памяти, другая родила от короля, не подозревая от кого, эта вот таращит влюбленные глаза, на которых слезы появляются от одного упоминания о муже… И главное, все это смертельно опасно! Ну вот что меня вечно тянет куда-то, мать Тереза, блин, выискалась!

Ругая себя на чем свет стоит, я уже прекрасно понимала, что не просто вмешаюсь, а постараюсь спасти эту дуреху, иначе ее действительно просто отравят.

Доктор Уолтер Бейли оказался весьма порядочным человеком, похоже, он понимал, что Эми Дадли пытаются травить, но при этом ничего не предпринимал. Услышав, что женщиной интересуется королева, доктор хмыкнул:

— Я слышал, что бедняжка мешает Ее Величеству.

— Возможно. Я не слишком люблю лорда Дадли, но думаю, Эми лучше согласиться на развод и как можно скорее.

Бейли немного помолчал, потом покачал головой:

— Она беременна и не станет разводиться, пока не родит.

— Если это так, то надо, чтобы тюремщики поняли, что ее нельзя травить.

— Но королева…

— Зря вы думаете, что королева настроена против Эми Дадли. Для Ее Величества леди просто не существует, понимаете? И все происки — работа лорда Дадли.

Доктор снова с сомнением покачал головой…

А дальше произошло то, чего я никак не ожидала.

Дадли за время моего отсутствия окончательно распоясался, он вел себя с Елизаветой по-хозяйски, словно муж.

Мужчины играли в теннис, а дамы, в том числе и королева, наблюдали. Разгорячившись, Дадли подошел к Елизавете и словно невзначай взял ее платок, чтобы утереть пот с лица. Этого не мог позволить себе никто! Выходка граничила с наглостью и даже оскорблением Ее Величества. Сама Елизавета замерла, не зная, как реагировать. Первым опомнился Бабингтон, он возмутился и даже пообещал Дадли, что побьет его ракеткой по голове.

Дадли удалось выкрутиться, но осадок у всех остался пренеприятнейший. Я не могла понять, в чем дело, почему Елизавета, обычно строго следившая за соблюдением этикета, позволила Дадли почти оскорбление. Захотелось сделать ему в ответ какую-нибудь гадость. Я и сделала.

— Лорд Дадли, позвольте передать вам привет от супруги и радостную весть: она ждет ребенка.

Ах, какое удовольствие видеть, как с его лощеной физиономии сползает ухмылка и она становится растерянной! Первой реакцией Дадли было посмотреть, не слышит ли королева. Очень жаль, но Елизавету отвлекли, а мне бы так хотелось, чтобы она услышала. Ничего, дорогой, я еще раз пять повторю, причем в присутствии множества придворных.

— Леди Эшли, я умоляю вас, не стоит говорить об этом вслух. Моя жена серьезно больна, ей без конца кажется, что она то беременна, то умирает от рака… Но проходят месяцы, а ничего не происходит.

Я вспомнила Эми, нет, мне не показалось, что она ненормальная или маньячка.