– Мы Марчелло хапнули в «Устрице». Со стволом на кармане. И ещё шестерых. Семь «палок» сразу. Вы внизу турнирной таблицы, с тебя причитается.

– Да, что ты говоришь! – ернически отреагировал Блохин, – Марчелло?

Это с какого перепоя ты его зацепил? Неужто о работе вспомнил? Ты ведь у нас человек деловой, вечно занятой…

Он с силой прижал приклеенную подошву к башмаку, убедился, что она держится, обулся и стал завязывать шнурки.

– А с «палками» мы разберёмся. Ты ж знаешь, мне эти штабные игры в показатели до большой и глубокой задницы. Вам они, может, души и греют.

– Речь не о душах. Скажи дежурному, чтоб не выделывался, а пристроил людей.

– А чего их пристраивать? Вон, в красный уголок. Там стенгазеты на кронштейнах висят. «Дела и люди питерской милиции». Прицепить по парочке наручниками на кронштейн, пускай сидят, читают… Тебе, небось, ещё кабинет предоставить отдельный?

– Предоставить… Я у вас до утра зависну.

– Смотри, не перетрудись… А то крышевать сил не останется.

– Слушай, Блоха, – начал закипать Денис, – я сюда не болтами меряться приехал. И не в гости… Звони в дежурку.

Иван снял трубку местного телефона, дал команду дежурному, затем достал из стола ключ и швырнул их Денису.

– Это от твоего старого.

Неволин забрал ключ и, не сказав ни слова, вышел в коридор. Ночные принцессы устроили перекур, усевшись на металлическую бочку.

– Взорвётесь, – бросил им Денис, открывая дверь кабинета, – в бочке растворитель. Жахнет так, что колготки на Васильевском острове найдут.

Принцессы испуганно переглянулись и выкинули окурки в форточку.

За год бывшее рабочее место Дениса, разумеется, сменило личину.

Правда, стены, и пол, отремонтированные пять лет назад, сохранили прежний вид. Зато появился роскошный кожаный диван, кресло, модный офисный стол, на котором возвышался монитор компьютера престижной марки. Люминесцентный светильник баксов за сто, автоответчик. Инвентарь явно не из министерских кладовых. Стало быть, господа спонсоры позаботились. Помогли, чем смогли, начинающему оперативнику, дай им Бог здоровья. Стену над столом украшал плакат пышнотелой дивчины с пупком нараспашку. Вероятно, для успокоения потерпевших и релаксации. Ей бы валик в руки. Из прежнего имущества сохранился только сейф, он был привинчен к полу.

Не успел Денис рассмотреть новое убранство, как запиликал телефон. Мелодией «Наша служба и опасна и трудна».

– Слушаю. Неволин.

– Алло! Это Литвиненко. Что там стряслось?

Литвиненко, начальник криминальной милиции РУВД, дежурил сегодня от высшего руководства района.

– В «Жемчужину» с ОМОНом наведались. Там Марчелло день рождения справлял с братвой. Мне стуканули, у него револьвер на кармане будет. Боевой.

– Изъяли?

– А как же… И не только у него. Ещё шестеро в красном уголке.

Сейчас опрошу и следака вызову. Повезло. РУБОП Марчелло третий год пасёт, а мы его сами…

– Это прекрасно, только не пойму, почему втихаря? Почему не доложил, что планируешь операцию? Нормально бы подготовились, дополнительные силы подключили. Что за самодеятельность?

– Кирилл Николаевич, если бы я рассказал об этом даже собственному коту, сейчас Марчелло не сидел бы в камере.

– При чем здесь твой кот? Хотя…, – Литвиненко смутился, почувствовав правоту слов оперативника, – ладно. Садись, сводку пиши. Сам в Главк не отправляй, обязательно у меня завизируй.