– Придурки что ли? – возмутился Гек обернувшись, – Вам в детском саду надо учиться, а не на втором курсе института!

– А велика ли разница между оными учреждениями? – философски произнес Галкин.

– А не пошел бы ты сам туда? – добавил Кучков довольно злобно.

– Народ, отвалите к черту, нам поговорить надо! – сказал Гек.

В подтверждении своих слов он развернулся, вытянул руку и пальцем щелкнул Кучкова по уху. Кучков обиженно отдернулся, но стукнуть Гека не решился, а ограничился тем, что показал ему кукиш.

– Кому, кому там поговорить надо? – голос Антонины Макаровны загремел под потолком аудитории. – Только галерка успокоилась, теперь Кольцов начал болтать и вертеться? – очки сфокусировались на Геке.

Откуда у старушки такой чуткий слух – вроде далеко с пятого ряда до кафедры? И откуда такие мощные легкие? Гек склонил голову над тетрадью и сделал вид что пишет. Подождав пока Антонина Макаровна отвернется к доске, он поддел авторучкой расписной презерватив и ловко откинул его назад, за спину, намериваясь попасть в кого-нибудь из этих шутников. Проклятый презерватив намотался на ручку и вместо броска назад взмыл высоко под потолок аудитории, а оттуда плавно спикировал на третий ряд, прямо на тетрадку Ольги, старательно переписывающей с доски формулы. Та от неожиданности взвизгнула. Сзади прыснули от хохота, не в силах сдерживаться.

– Так. Аркадий Галкин, Сергей Кучков и Глеб Альтф… Альтш… с непроизносимой фамилией, вон за дверь! – старушка обернулась и топнула ногой так, что заскрипели доски кафедры.

– Антонина Макаровна, мы больше не будем. Никогда. – сказал Галкин.

– Мы будем очень молчаливы. – добавил Кучков.

– Как рыбы. Я вообще рыба по гороскопу. – закончил Глеб.

В аудитории хихикнули.

– Я сказала – вон! – снова удар ногой и доски скрипнули совсем уже угрожающе.

Троица встала, сложила своим пожитки и печально покинула аудиторию. Гек бросил взгляд на часы – до конца лекции оставалось еще двадцать минут.

– Славка, а зачем ты эту гадость жрешь?

– Я расширяю сознание.

– Ну и что, расширил?

– Еще как!

– Ну раз у тебя такое широкое сознание и ты теперь такой умный, то чего же ты балки по сопромату не посчитал?

– Оно расширяется не для того чтобы балки считать.

– А для чего? Чтобы на лекции по матанализу бессмысленные картинки в тетрадке малевать? – Гек кивнул на изрисованный лист. – А зачем оно тогда вообще нужно, расширенное сознание, если от него никакой пользы?

– Тебе не понять.

– А ты не боишься подсесть на это дело?

– На ЛСД и Пи-си-пи? На него не садятся. На героин садятся.

– А героин ты тоже жрешь?

– Не, мне только через неделю обещали принести попробовать.

Гек не ответил – он переписывал с доски очередную формулу. Наконец смысл славкиных слов дошел до него.

– Что? Ты с ума сошел?

– Ну я же не наркоман, я попробую один раз и все.

– Все так говорят.

– Ну я же не все, я же не дебил какой-нибудь.

– А где ты эту дрянь берешь?

– Да сейчас всего стало много. Тебе достать? Я например ЛСД в клубе продаю.

– Да пошел ты! Сам травись.

– А, ну да, ты же спортсмен. Кун-фу кия-кия, руками-ногами?

– Знаешь, Славка, мне порой кажется что ты дурак.

– Не обижайся, я шучу.