Бандиты знали только одну квартиру, где мог скрываться Илья. Туда они и нагрянули. Их встретил густой аромат мочи и начавшегося тления. В комнате гости обнаружили троих своих корешей — двоих надежно связанных и одного мертвого. Расспросы быстро восстановили последовательность событий. Сын Водяного решил овладеть приглянувшейся ему девушкой. Выйти на нее можно было только через Солдата. Боевики подстерегли его в подъезде, оглушили, заволокли домой и начали обыскивать. Вдруг совершенно беспомощный человек превратился в настоящего демона. За какую-то минуту он вырубил двоих противников и убил третьего, после чего исчез в неизвестном направлении.

Выслушав рассказ, Водяной тоже был готов убить. И не кого-нибудь, а собственного ребенка. Ведь именно его неудовлетворенное желание (а если называть вещи своими именами, то похоть) обрушило настоящую лавину событий. В результате погиб боец, угнан катер, но это все мелочи по сравнению с выгоревшим особняком. Теперь придется вбухать уйму денег в его ремонт, до окончания которого кантоваться в убогой, всего-то пятикомнатной городской квартире. И это после особняка, в котором одних ванных комнат было почти столько же.

Авторитет устроил сыну грандиозную выволочку. Гнев его увеличился оттого, что Водяной жаждал отомстить за причиненные неприятности, а было некому. Вот сыночек и подвернулся под руку. Он в один момент лишился всего — охранников-собутыльников, карманных денег, машины.

— Таким образом я лет за двадцать компенсирую ущерб, нанесенный по твоей дури, — ядовито заметил папаша в разгар воспитательного процесса.

Однако легче от этого Водяному не стало. Его обидчик как в воду канул. На вокзалах Солдат не появлялся, брошенного катера тоже не нашли.

— Куда же этот урод подевался? — ломал голову авторитет.

— Возможно, оказался еще хитрее, чем мы предполагали. Спустился вниз по реке, дошел до Мумры или даже Каспийского, и уже там пересел на автобус, — высказал предположение Калач.

— Да, это тоже был бы сильный ход, — согласился Водяной.

Они не подозревали, что путь Солдата был заметно короче и закончился в плавнях.

Глава 9

Катер медленно шел вдоль стены тростника. Наконец односельчанин заметил узкую протоку и свернул туда. Ширина водной глади, густо усеянной кувшинками, была метров восемь, а с обеих сторон медленно покачивался все тот же бесконечный тростник.

Солдат заметил еще более узкую боковую протоку, идущую в сторону моря, и скомандовал:

— Давай туда.

Когда они проплыли с километр, Илья заглушил мотор:

— Все, теперь хрен они нас догонят.

Он покопошился в сумке и достал хлеб с большим куском окорока.

— И ты после всего хочешь есть? — удивился Артур.

— У меня со вчерашнего дня даже крошки во рту не было, — ответил Солдат, вгрызаясь в мясо.

— А я замерз, пока мы неслись по речке, — сообщил односельчанин.

— Ничего, солнце уже встало, быстро согреешься.

Вокруг царила настоящая идиллия. Расщебетались птицы, то и дело слышался плеск рыбы, мимо проплыл уж. Илье даже показалось, что все события, спрессовавшиеся в короткий отрезок времени с вечера до утра, произошли в какой-то другой, бесконечно далекой жизни. Он достал бутылку минеральной воды, запил свой завтрак.

— И куда дальше? — спросил Артур.

— Будем искать свой маленький необитаемый остров.

— А они здесь есть?

— Полно, только некоторые уже заняты.

— А другие непригодны для жизни, — добавил односельчанин.

Он накаркал. Тростник закрывал обзор, приходилось плыть наугад, и заросли ивы, свидетельствующие о том, что там находится земля, они замечали, приблизившись к ним едва ли не вплотную.